Гротеск

Никанор Дормидонтович вышел на двор
После дождичка, как-то в четверг,
На пейзаж за оградой направил он взор,
И пейзаж его в ужас поверг.

Не иначе, по умыслу злого врага,
На довольно большой высоте,
Над рекой семицветьем сияла дуга
Мерзким символом ЭлГеБеТе*!

И на это распутство глядит детвора!
Ишь, глаза от восторга горят!
Никанор Дормидонтович понял — пора
Вызывать полицейский наряд.
… показать весь текст …

Всё, что не делается Госдумой, всё к лучшему.

Прекрати реветь, идиотка! Сколько можно повторять, что негативные эмоции тебе вредны?! — Сказал мне доктор, грохнув кулаком по столу.

Жизнь — это гротеск в юности и сарказм в старости.

На пропускном пункте в одно государство;
— Жерар де Пардье. Гм. Пердье, Пурдье… Впурдье.
Пардье! — что за фамилия такая? — пердели много? Почему? Трусы снимайте ка, посмотрим, что вы за фрукт… Позорить еще будете своим пердье. Знаем вас, бл, европейцев.
— Да я известнейший артист! Да я по приглашенью самого!!!
— Чтооо? Не хочешь ли сказать, французский пи. ор, что САМ такой же как и ты ?! Да ты в своем уме ?!
Артиста долго и уныло пи. ят сапогами люди с очень высоким айкью. Потом пропускают, дав четкие инструкции.
Жерар, ссутулившись сильнее обычного и поправляя, очередной раз, сломанный нос, проходит, гордо неся звание нового гражданина великого государства.

Вот распахивается дверь, входит злобно-приземистый, небритый, красноглазый затируха площадной Левонтий. Хрипит:
— Однако, здравствуйте!
— Однако, пшел на *уй! — в ответ доносится.
***
Растёт, растёт Стена Великая, отгораживает Россию от врагов внешних. А внутренних — опричники государевы на куски рвут. Ведь за Стеною Великой — киберпанки окаянные, которые газ наш незаконно сосут, католики лицемерные, протестанты бессовестные, буддисты безумные, мусульмане злобные, и просто безбожники растлённые, сатанисты, которые под музыку проклятую на площадях трясутся, наркомы отмороженные, содомиты ненасытные, которые друг другу в темноте попы буравят, оборотни зловещие, которые образ свой, Богом данный, меняют, и плутократы алчные, и виртуалы зловредные, и технотроны беспощадные, и садисты, и фашисты, и мегаонанисты. Про этих мегаонанистов Марфуше подружки рассказывали.

Были мы в окружении. В топи болот
Ноги я отморозил — их должны ампутировать.
А спасло меня то, что запомнил пин-код
И сим-карту успел разблокировать.

Если старый человек упал с кровати
И с друзьями не пошёл на after-party
(А за проходку забашлял немало, кстати),
То возле клуба не дождутся его бл*ди.
Зависает не в клубе — в больничной палате,
И за ним ходит нянечка в белом халате.

Скоро кончу, потерпите, Бога ради.
А к чему веду я? Дай Бог памяти.
Видимо, сверх своей пенсии тратя,
Он живёт не по доходам. Нате!

P. S.
Человек он, тем-не-менее, хороший.
… показать весь текст …