Тихо
и нежно
закрываю ладонью
Пушистое Девушки,
как будто там бьется
птенец

Рисуя
губами
вечность, она
спасала меня
от времени

В сердце
протуберанцы:
обладать,
отболеть,
не встречать —
рвутся псами
горящие камни,
падая в холод

(Школа верлибра Карена Джангирова)

Все больше и больше
моя жизнь протекает в памяти.
Все больше во мне собирается дождь
из самых безумных материй, который
уже никогда не прольется

Ни в одном настоящем вы не найдете слово «любовь». Оно там не существует. И настоящего тоже нет. Оно тоже не существует. Потому его там и нет — этого странного слова. А если бы было, ну, если бы вам так казалось, то это означало бы только одно — вы перепутали слово «любовь» со словом «любимая», ибо любимая — это женщина… Не больше чем женщина, живущая в границах времени. А любовь — это Птица… Летящая в будущем и уловимая только в прошлом.

МОЛИТВА О РУСИ ВЕЛИКОЙ
Русь Великая! Богом данная! Богом избранная! Богом укрытая… Как море — небом… Русь Море… Русь Океан… Высшая милость! Высшая боль!
Утомленная солнцем своих просторов, теснимая ветром чужих племён, ненавистная злату и пышным соцветиям, любимая степью и горькой полынью, кровоточащая словом… Русь Речь! Храни тебя Отче… Милая!

Поток времени
принёс нас к источнику света,
запечатала память разлуки…
В миллионный раз полюбили —
вот так, век за веком… целуем
друг другу сердца

Ты так много крадешь у пространства,
что в нем без тебя,
как в старом заброшенном парке,
где становишься старцем,
кормящим с руки
голубей

Не спеши —
каждый твой шаг
делает путь
длиннее

Как просто стать
не тем, кем был,
о тень свою
споткнувшись

Любовь начинается
с точек

В сумерках листьев
теряется сердце
сущего… Ворон,
севший на ветку,
становится частью
дерева

Самое страшное —
видеть, как плачет Бог,
на твоём опустевшем
лице

Пойманной рыбкой
бьется младенец
о розовый лед
поколений