Прежде всего любое общество неизбежно требует взаимного приспособления, уравнения и поэтому, чем общество больше — тем оно пошлее.

Человек может быть всецело самим собою лишь пока он один, кто не любит одиночества — тот не любит свободы, ибо лишь в одиночестве можно быть свободным.

Принуждение — это неразлучный спутник любого общества, всегда требующего жертв тем более тяжёлых, чем выше данная личность.

Поэтому человек избегает, выносит или любит одиночество сообразно с тем, какова ценност…
… показать весь текст …

Излишне разъяснять важность двух других категорий жизненных благ: ценность богатства ныне настолько общепризнана, что не нуждается в комментариях.

Третья категория — мнение других о нас, представляется по сравнению со второй — малоосязательной. Однако заботиться о чести, т. е. о добром имени, должен каждый, о чине — лишь тот, кто служит государству, и о славе — лишь немногие.

В то же время честь считается неоценимым благом, а слава — самым ценным, что только может быть добыто человеком, — золотым руном избранных, тогда как предпочитать чин богатству могут лишь дураки.

В частности, вторая и третья категории находятся в некотором взаимодействии; здесь применимы слова Петрония: «babes — haheberis»[Имеешь одно — будешь иметь и другое]; доброе мнение других, как бы оно ни выражалось, — часто расчищает путь к богатству и наоборот.

Древний мудрец заметил совершенно справедливо, что есть три мировых силы: разум, сила и счастье. Я полагаю, что последняя сила — самая могущественная.

Наш жизненный путь можно уподобить пути корабля. Судьба — то благосклонная, то недружелюбная — играет роль ветра, то быстро подвигая нас вперёд, то отбрасывая далеко назад, причём наши усилия и действия могут лишь слабо бороться с нею.

Наши усилия играют роль вёсел; лишь только благодаря долгой работе на них нам удаётся продвинуться несколько вперед, как внезапный порыв ветра настолько же отбрасывает нас назад.

Если же ветер благоприятен, то он так быстро двигает нас, что в вёслах нет надобности.