НАТАШИН ГОД (Из книги «ВЕТЕР»)

Осень… Капелла лягушек… Всплески… Ускоре-
ние улиц, бегущих от ветра… Размагниченность ли-
стьев… Пригоршни лунного света… Шорохи губ…
Губы! А по ночам над моим лицом — твои ладошки
мерцают, как два светлячка… И кружатся, кружатся,
кружатся…
Зима… Невесомость клубящихся стекол… Ступен-
чатость снега… паузы… Взбаламученность лампы…
Опустошенные клеточки слов… Молчание… Молча
мы бродим по комнате, делая странные вещи: пере-
ставляем предметы с места на место, с…
… показать весь текст …

Мы
никогда
не увидим
то, что есть —
мы видим лишь то,
что случилось

Люблю смотреть,
когда за окошком
падает снег,
а в комнате даль
и шелест длинных ресниц…
Люблю смотреть на счастливых женщин!
Это ведь так приятно,
так уютно —
смотреть на счастливых,
зная, что счастья
нет

Деревья плакали, а я смотрел,
как слезы мчатся ручейком к моей
такой же жизни

Я пришел в этот мир
доводить до безумия
камни, смеяться
над каждой горой,
плакать над каждой
букашкой… Лететь,
гореть, разбиваться
и снова… Малыш!
Оставь это серое,
следуй за мной,
делай, как я,
улыбайся, как я…
И ты станешь такой же,
как я, сумасшедшей,
… показать весь текст …

Большими рядами
идут по земле деревья,
но их стройное шествие
остается для нас незамеченным,
ибо деревья идут
со скоростью тысячелетий

Не для славы мирской,
не для злата земного,
я живу для распахнутых
окон

Длинноглазая, длинноволосая… Она любила брусничных мальчиков… Она любила брусничных, а жила со мной… Однажды, не выдержав, я спросил:
«Зачем тебе эти, брусничные? Зачем тебе эта блажь?»
«О, Волк! — улыбнулась она. — С ними, боготворящими… Я ощущаю себя царицей… А с тобой, убивающим… Маленькой, глупой улиткой… А мне, что-
бы жить… Нужно и то, и другое!» Аргумент был железный и я ее больше… Длинноглазую, длинноволосую… Никогда ни о чем не спрашивал.

Мой
разум
живет
в мансарде, с открытым
окошком, куда
с визгом влетают
стрижи

ОДНАЖДЫ (Из книги «ВЕТЕР»)

Он очень любил рисовать лошадей, хотя никогда
не видел лошадь в глаза и совершенно не стремил-
ся к этому.
Те, кто знали его, посмеивались, остальные нахо-
дили в его «лошадином» искусстве удивительное
многообразие.
— Какая смешная свинка! — восклицала его под-
руга, показывая пальчиком на одну из последних
«лошадок».
— Какой милый тюлень! — искренне восторгалась
девушка, живущая этажом выше. А потом добав-
ляла. — Как бы я хотела его погладить!
… показать весь текст …