Мечты, как одуванчики… каждая попытка осуществить их — улетает бесследно…

У меня всё как всегда: полные руки синиц и б…
полное небо журавлей…

Не уменьшайте жизнь до грусти… Всё проходит — И это отпустит…

записалась на восточные танцы… единственное, что у меня трясётся — это щёки…

Проснулась, а вокруг утро, понедельник и Родина. С одной стороны, конечно, ожидаемо, а с другой была надежда, что хоть что-нибудь поменяется…

Зрелая женщина — это не молоко, не сливки, а сметана. А если ее еще хорошо повзбивала жизнь — то масло!

Что на роду написано, стирается с трудом.

Себе мой номер запишите… я буду ждать от вас звонка… в тот день, когда на вас богатство… быть может в жизни упадёт…)))

Ушла в монастырь, а там очередь
из грешных девиц у крыльца,
и у каждой господней дочери —
лик монашеский вместо лица.
И на всех незатейливо-скромное
одеянье струится до пят,
и у каждой — раскаянье полное
выражает покорнейший взгляд.
И назад поплелась — грешнотелая,
но пока что на них непохожая.
Быть безбожницей не хотела я,
но как все стать — помилуй Боже.

Почему ты еще не замужем?
-У меня 8 судимостей за изнасилование, правда все потерпевшие мужчины на суде клялись, что они были на седьмом небе, но репутация моя, сам понимаешь, после такого безнадежно испорчена…"

— Два Рома! — МарьИванна, вы всё-таки на уроке математики, а не в баре. — Рома! Два-а-а-а!

Даже самое дорогое сукно…
требует… лишь простого кроя…

Мы так часто ставим запятые, где изначально нужно ставить крест …

Крепко — крепко
всё, что любишь
прижимай к себе…

Мужику гораздо легче делать комплименты, чем женщине: один раз скажешь, что у него крутые штаны и он будет носить их до конца своей жизни…

Я могу без тебя — это ясно, как день.
Только день этот пасмурно-хмурый.

А нужных мало…
И тем они дороже…

Пойдем опавшею листвою шуршать и дворников бесить…

С каждым днё желание уйти на обед и не вернуться, усиливается. Чувствую, сорвусь.

Мне трудно сегодня…
И тем… кто со мною… не слаще…
Как будто давно в непохожих вселенных живём…
Две женщины борются между собою всё чаще…
Живущие ранее мирно в сознанье моём…
Мне Светлая вкрадчиво шепчет про доброе дело…
и ласково просит улыбку хранить на лице…
Но Стерва твердит мне… что мягкость давно устарела…
Как броши винтажной… ей место в забытом ларце…
Они вспоминают десятки нелепых историй… и силу…
и слабость порою мне ставя в укор…
Две женщины в сердце до крика отчаянья спорят…
а я не могу отчего-то решить этот спор…