Один кричит: «Выбери меня, родная!»
Второй мне шепчет: «Ты одна такая…»
Один сулит богатства и успех,
Другой — лишь тихий смех, да эха блеск.
Один готов весь мир к ногам сложить,
Другой — лишь в сердце скромно поселить.
Один силен, напорист, как гроза,
Другой — как летний вечер, бирюза.
Один дарует славу и почет,
Другой — лишь нежность, что в душе цветет.
Один — как яркий, праздничный салют,
Другой — как песня, что всю ночь поют.
И выбор сделать, право, нелегко,
Когда любовь и страсть так глубоко.
… показать весь текст …

Моему единственному свету, моему солнцу и луне,
Слова кажутся такими маленькими и жалкими, когда я пытаюсь выразить глубину чувств, которые ты во мне пробуждаешь. Это письмо — лишь слабая тень той бури эмоций, что бушует в моем сердце с того самого момента, как наши пути пересеклись.
До тебя мир был серым холстом, лишенным красок и вдохновения. Ты раскрасила его миллионами оттенков, о которых я даже не подозревал. Ты — та самая мелодия, которую я всегда искала, та самая звезда, что ведет меня с…
… показать весь текст …

Если не любишь, не люби,
Если хочешь бросить, брось.
Только душу не трави,
И во мне не видишь гость.
Не играй огнем в ночи,
Не дари пустых надежд.
Просто честно промолчи,
И уйди без лишних меж.
Пусть останется как есть,
Незаконченный портрет.
Лучше сразу все отсечь,
Чем потом сто тысяч лет
Мучить сердце и себя,
В лабиринте лжи и мук.
… показать весь текст …

В мерцанье звезд, в дыханье лунной ночи,
Где дремлет лес, и плещется река,
Природа шепчет сказки, что так сочны,
И вечность отражает в облаках.
Рассвет багряный кистью нежно пишет
По полотну небес, стирая тень,
И мир, проснувшись, звуками заслышит,
Как новый день рождается, как песнь.
В долинах травы изумрудом стелют,
Их ветер гладит ласковой рукой,
А горы величаво вдаль глядят и зреют,
Храня молчанье, мудрость и покой.
Цветы, как искры, в зелени мерцают,
Пчела нектар усердно собирает,
… показать весь текст …

Лилли, ростом чуть выше колена взрослого человека, вцепилась пальчиками в шерсть Грозового. Волк, огромный, с глазами цвета грозовой тучи, рычал, скаля клыки в сторону приближающейся тени. Тень была высокой, искаженной, сотканной из ночного кошмара и старой, забытой магии.
Она пахла гнилью и безысходностью, и даже взрослые воины разбежались бы от одного ее появления. Но Лилли не боялась. Она знала, что если Тень победит, ее дом, ее лес, все, что она любит, исчезнет.
Грозовой шагнул вперед, зас…
… показать весь текст …

В мерцающем свете заката, когда солнце прощалось с горизонтом, старый маяк одиноко возвышался над бушующим морем. Он стоял там, как вечный страж, наблюдая за сменой эпох и перипетиями человеческих судеб. Его луч, пронзая тьму, дарил надежду заблудшим кораблям, указывая безопасный путь в гавань.
Внутри маяка, в его сердце, жил старый смотритель, Эйнар. Его лицо было исчерчено морщинами, словно карта прожитых лет, а глаза хранили в себе бескрайнюю мудрость океана. Он был одинок, но не чувствовал…
… показать весь текст …

В полумраке старинного театра, где пыль веков витала в воздухе, одиноко стояла марионетка. Его деревянное лицо, казалось, скрывало грусть, а потрескавшиеся краски свидетельствовали о долгих годах служения искусству. Он помнил овации, восторженные взгляды, но теперь лишь тишина была его спутницей.
И вот, однажды ночью, когда лунный свет проникал сквозь витражные окна, он увидел её. Она была создана из тончайшего фарфора, ее глаза сверкали, словно бриллианты, а платье из шелка казалось сотканным…
… показать весь текст …

За окном кружились снежинки, медленно танцуя в свете уличных фонарей. Шестилетняя Анюта, прижавшись носом к холодному стеклу, зачарованно наблюдала за этим волшебством. Сегодня Рождество!
В комнате пахло хвоей и мандаринами. Наряженная елка, украшенная разноцветными шарами и гирляндами, сияла, словно сказочное дерево. Под ней, укутанные в блестящую оберточную бумагу, лежали подарки. Анюта знала, что Дед Мороз обязательно принес ей что-то особенное.
Мама, тихо напевая рождественскую песенку, гот…
… показать весь текст …

В тусклом свете уличного фонаря Аня казалась призраком. Ей было всего семь, но в глазах плескалась усталость взрослого человека. Каждый вечер она сидела на крыльце старого дома, поджав коленки к груди, и наблюдала за тем, как город засыпает.
Её мир был маленьким: крыльцо, обшарпанные стены дома, и скрипучая карусель во дворе. Она редко видела других детей. Мама говорила, что на улице опасно, что «злые люди» могут украсть её. Поэтому Аня жила в своей сказке, населенной книжными героями и воображ…
… показать весь текст …

В затхлом подвале, среди паутины и забытых вещей, родился крошечный котенок. Его звали Уголек, и он был черным, как сама ночь, с двумя пронзительными зелеными глазами, сверкающими в полумраке. Мать-кошка, опытная уличная бродяга, учила его выживать: искать еду, прятаться от опасности, точить когти о старую мебель.
Однажды, исследуя лабиринт подвала, Уголек наткнулся на узкую щель в стене. Любопытство взяло верх, и он протиснулся сквозь нее. Оказавшись по ту сторону, он замер, ослепленный ярким…
… показать весь текст …

Она вышла из ванной, окутанная облаком пара, и растирала влажные волосы пушистым полотенцем. Сидевший в кресле мужчина оторвался от книги и взглянул на нее — свежую, с нежным румянцем на щеках. В его взгляде промелькнула теплота, когда она присела перед зеркалом и взяла в руки расческу. Он отложил книгу, поднялся и неслышно подошел к ней сзади. — Позволь, — прошептал он, бережно забирая расческу из ее рук. Мягкие пряди скользили между зубьями, и воцарившаяся тишина казалась почти осязаемой. Посл…
… показать весь текст …

Он вошел в комнату, крадучись, словно тень. Увидев ее, лежащую спиной к нему, он замер у кровати. Чувство вины терзало его, словно ядовитый змей. Тихо опустившись рядом, он коснулся губами ее плеча, обжигая кожу нежным прикосновением. — Прости меня, — прошептал он, и в голосе его звучало искреннее раскаяние. — Гнев ослепил меня. Но знай, я боюсь потерять тебя. Когда я увидел тебя с ним… меня захлестнула тьма. Я не владел собой и сорвался на тебе.
Он замолчал, собираясь с духом. — Посмотри на ме…
… показать весь текст …

В заливе Лунном, где вода черна,
История странная рождена.
В старой игре, забытой всеми,
Живет он, связанный лишь с теми,
Кто в мир пикселей рискнет войти,
И прошлое забытое найти.
Зеленый колпак, как знак беды,
В глазах — лишь отголоски тьмы.
Он словно призрак, в коде скрыт,
Искажает мир, где каждый спит.
Ломает правила, меняет суть,
Не даст покоя, не даст заснуть.
«Ты встретил страшную судьбу?» — вопрос,
Звучит в игре, как смертный кросс.
… показать весь текст …

В лесной глуши, где сумрак вечен,
Он бродит, страх в сердцах увечен.
Безликий, в строгом черном фраке,
Свидетель гибели и мрака.
Слендермен, чье имя шепчут,
Детишки в ужасе трепещут.
Он возникает из тумана,
Исказив лик лесного стана.
В руках протянутые ветви,
Он будто просит стать жертвой.
Гипнозом взгляд его владеет,
Разум пленяет, волю тлеет.
Не слышно шагов, лишь шелест листьев,
Когда он близок, нету истин.
… показать весь текст …

Холодное безразличие застыло маской на ее лице, пока вокруг бушевал вихрь танцующих тел. Музыка, словно безжалостные тиски, сдавливала сознание, а духота зала казалась удушающей петлей. Мелодии сменяли друг друга, но она оставалась неподвижной, словно изваяние, высеченное из льда. И вдруг, словно зачарованная, почувствовала непреодолимое притяжение танцпола. Взгляды, словно невидимые нити, манили ее в этот омут движения. Кто-то подталкивал, кто-то завлекал улыбкой. И вот она уже плыла в потоке музыки. Движения рождались сами собой, плавные и чувственные. Тело и бедра сплелись в едином ритме с песней. Вокруг нее образовался круг завороженных зрителей, подхваченных ее темпом, отдающихся во власть этого гипнотического танца. Зал наполнился призрачным светом, вспыхивающим то бледно-зеленым, то ослепительно ярким, подчеркивая магию момента.

Она брела по мертвому парку аттракционов, искореженному временем и запустением. Ржавые остовы каруселей, безмолвные качели-скрипуны, словно кости скелетов, торчали из земли. На сцене, где когда-то давали представления куклы, она увидела его. Израненный, задыхающийся, словно беглец с поля брани. Глаза его были прикрыты, а грудь тяжело вздымалась, будто каждый вдох давался с неимоверным трудом.
Страх не коснулся ее, желания прогнать — не возникло. Она приблизилась, опустилась на колени рядом, ост…
… показать весь текст …

В тишине рассвета нежной, зыбкой,
Просыпается мир, объятый сном.
Луч скользит по лицу, улыбкой робкой,
И напомнит о чём-то дорогом.
В каждом вздохе ветра — шепот тайны,
В каждой капле росы — хрустальный свет.
Пусть уходят печали и страданья,
Оставляя лишь радостный след.
Сердце бьётся в гармонии с миром,
Ощущая любовь и теплоту.
В этой жизни, такой неповторимой,
Находим мы счастья простоту.
И пусть каждый миг будет наполнен светом,
Добротой и надеждой в душе.
… показать весь текст …

Она распахнула глаза, и взгляд ее утонул в его. Медленно подняв ладонь, она приблизила ее к его руке, словно цветок тянется к солнцу. Он ответил на ее безмолвный призыв. Его пальцы, словно легкое перышко, коснулись ее раскрытой ладони, вызывая трепетное волнение. От ее мягкости и тепла перехватило дыхание. Мгновение его пальцы ласкали ее кожу, прежде чем сплелись с ее пальцами в нежном замке. Кончики пальцев покалывало от сладостного электричества. Он прикрыл глаза, растворяясь в этом моменте, не думая ни о чем, кроме них двоих. Свободной рукой она коснулась его лба, отводя прядь волос с лица. Нежный румянец вспыхнул на его щеках, а губы тронула робкая улыбка, когда он подался навстречу ее прикосновению. Он взял ее руку в свою, прижал к щеке, накрывая своей ладонью. В его взгляде плескалась нежность и безграничная любовь. И, наконец, он склонился к ней, и их губы соприкоснулись в мимолетном, невесомом поцелуе.

В рассветной дымке тает тишина,
И мир, укрытый пологом тумана,
Пробуждается от долгого сна,
Встречая новый день, как гость желанный.
Луч солнца робко пробивает мглу,
Играя бликами в росистых травах,
И птицы гимн поют ему хвалу,
В мелодичных и звонких переливах.
Цветы раскрыли нежные бутоны,
Вбирая влагу утренней прохлады,
И ароматы тонкие, как стоны,
Плывут над лугом, словно серенады
И сердце наполняется теплом,
Вдыхая жизнь, что расцветает снова,
… показать весь текст …

Каждый раз, когда мой взгляд встречался с ней, в душе распускался трепетный, нежный цветок, обжигая сердце шелковыми лепестками. Я часами наблюдал, как она спит, — безмятежная, словно ангел, умиротворенная, словно тихая гавань. От этого зрелища сердце сжималось мучительной тоской. Безудержно хотелось коснуться кончиками пальцев её щеки, заключить в объятия и никогда, никогда не отпускать. Но я помнил о незримой, но непреодолимой стене. Я — ее учитель, она — моя ученица. И эта пропасть между нами зияла нестерпимой болью.