В мире, полном обид и слёз, не разрушить бы чьих- то грёз и случайно не погасить свет, который поможет жить,
Постараться нести добро, ибо если не я, то кто? Говорили, что мне везло на хороших, но их тепло согревало меня тогда, когда мучили холода… И важнейшая в мире роль — разделять, пусть чужую, боль и на трудном земном пути, хоть кого-то добром спасти.

— Вставай, родная, едем на пикник.
-Я очень рада!
Воскресенье. Семь утра.

Ушел в астрал, как только я сказала, что надо бы Мальдивы посетить,

Хотела бы я снова стать двадцатилетней, пусть нет мозгов, но радости с восторгом через край.

— Года летят, а ты все хорошеешь!
— Ещё бы, денег вложено, трындец…

— Я Вами бы безмерно восторгалась и, может быть, смогла бы полюбить, но «опыт — сын ошибок» утверждает, что Вы не тот, с кем следует грешить.

И Вы не любили, и я не любила,
Скажите мне, милый, а что это было?
Но я рядом с Вами всегда хорошела,
Душа улыбалась, звенела, хмелела.
И легче дышалось, и искренней пелось,
Слетала усталость и жить так хотелось!
И мир был чудесней, и осень добрее,
Теперь не до песен, мы стали мудрее.
Мы стали серьезней, под дождь не танцуем,
Давно уже порознь, но странно — тоскуем.
И если случайно встречаемся с Вами,
Глядим друг на друга шальными глазами,
И нежность струится, и искры по коже…
Я вас не любила. И вы меня тоже.

Не любишь, говоришь? А я не верю! Как можно дождь осенний не любить?
Рыдай навзрыд, веди подсчёт потерям, раздай долги, чтоб снова накопить. Смотри на лес, деревья пламенеют, любуйся их щемящей красотой, недолог час триумфа — не жалеют, не вязнут в обречённости пустой. Замри на миг, позволь душе проститься с несбывшимся, расслабься и смирись, лишь изредка ушедшее приснится…
Пройдут дожди, и вновь поманит высь.

Когда любимая щедра на ласку, и грозный лев мурлыкает, как кот.

И вроде умный и серьёзнейший мужчина, но секси Деву как узреет, пиши пропало — ум иссяк.

Оставил мне в наследство пару песен,
И писем необъятный чемодан,
От сырости /из слёз/по дому плесень,
Но память о тебе я не предам.
Мне нравится печаль, я мазохистка,
И горести — источник для стихов,
Ты звал меня трагической актриской,
Любительницей скорби и грехов.
Удел мой — возносить бездушных гадов
И плакать о несбывшейся любви,
Нужны мерзавцы мне, других не надо,
Подчёркивать достоинства свои.

Однажды я в разлуке одурею,
Французскую бульдожку заведу
И буду с ней болтаться по аллеям,
И плавать в зарастающем пруду.
Форель, конечно, сильно удивится,
Узрев столь неожиданный тандем,
Досадно, но придётся потесниться,
Хозяйка чекардыкнулась совсем.
Форельку надо выпустить на волю,
Но рыбка там и дня не проживёт,
Пускай считает прудик- это море,
В котором всем форелевым везёт.
По осени сварю ведро глинтвейна,
Врублю Вивальди, буду горевать,
… показать весь текст …

Лягушка ждёт, когда придёт Иван. Иван не знает, где искать стрелу. Стрелу увёз вчерашний караван. Нечаянно — валялась на углу. Верблюд капризно требовал ушко, Кощей с иглой расстаться не хотел. Вершки не замечали корешков, над стариной смеялся новодел. Вон грезящий идеями чучхе уже к замочной скважине приник. И в этой ерундовой чепухе живёт известный собиратель книг, что в будущем известен в тех кругах, которые рисуют на жнивье. Соседка справа — древняя Яга, сосед напротив — сказочник Ксавье…
… показать весь текст …

И кто сказал, что я всегда ругаюсь?
Добрей меня на свете не найти,
Я просто донести до всех пытаюсь
Ошибочность их грешного пути.

Жизнь моя — сплетение желаний,
Искуса, эмоций, чистоты,
Радости, немыслимых терзаний,
Веры в воплощение мечты.
Не всегда была со мной ты ласкова,
Не давала всё, что захочу,
Впрочем, горевала понапрасну я,
Нужное, конечно, получу.
И пока во мне горишь и теплишься,
Буду я смиренно принимать,
Данное тобой, и пусть я грешница,
Знаю, что доступна благодать.

Не к морю, значит к водопаду
Махнуть, устроить пикничок,
А много ль нам для счастья надо?
Покой, природа, шашлычок.

Опять мой милый разбубнился,
Ведь всё же было хорошо,
И секс затейливый случился,
А может он хотел ещё?
Но сам же ринулся на кухню,
Готовить завтрак, а потом
Кастрюлей очень громко бухнул,
И начался сплошной дурдом.
— Не вижу соль, опять нет хлеба,
Кот спёр сосиску, оборзел!
Пора призвать на помощь небо,
Чтоб муж остыл и не бухтел!
Проснулись дети, визги, вопли,
И как я, Господи, терплю?
… показать весь текст …

Ни за что на свете я не хотела бы разучиться тем вещам, которые делаются исключительно на радость.

Себе, другим, жизни в целом.

Как-то скисает целый мир и каждый человек в отдельности, когда слишком всё вокруг рационально, функционально, строго разлиновано и подчинено только серьёзному назначению.

Как-то холодно становится, когда даже подарки приурочиваются лишь к конкретным датам и несут в себе не столько желания доставить чистое удовольствие, сколько перекрытия очередной бытовой надобности…
… показать весь текст …

Мы все красавицы, конечно, но надо бы и в зеркало смотреть.

Люблю я женщин гонористых, апломба море — мужа нет.

В миру я Фрося Кизякова, но в виртуале я — Монро.

Мужчина должен восторгаться., любить и щедро содержать, за это я готова, братцы, красу и молодость отдать.

Вам с детства вкуса не привили, раз Вы не цените меня.

Тяжка, трудна девичья доля — нам вечно хочется поболе.

Среди козлов я льва искала… Здесь нет счастливого финала.

Любовь, похожая на сон,
Вчера случилась после бара,
Он танцем был моим сражен,
И покорил нахальным жаром.
Мы что-то делали всю ночь,
Довольна смутная картина,
Но повторить ещё не прочь,
Отважный все-таки мужчина,
Проснулось утречком, чуть свет,
Боюсь взглянуть на кавалера,
Глаз приоткрыла- шок! Сосед!
Какая ж сволочь, ты Валера!
А он лежит и ржёт, как конь!
О, только б не было соитий…
… показать весь текст …

Забыт шугаринг, маникюры,
Солярий и салоны спа,
Меня не любит больше Юрий,
Я волосата и толста.
Брожу зачуханной по миру,
Пугаю редкой красотой,
Глядишь, найду себе Сатира,
Козёл, конечно же, но мой.

Дурак — существо мифическое, каждый с ним знаком, но никто таковым себя не признаёт.

Сильнее всего жалеешь не о потерянной любви, а о несбывшейся.

Болезнь такая — вера в чудеса,
Не лечится…
хроническая что ли?..
Её лечить пытались грустью, болью
И горькой правдой, сказанной в глаза…
Но рвется сердце птицей в небеса…

Я забываю про дела, заботы…
Мне кажется, что старят нас не годы,
А пустота, отчаянье и страх.
А я как прежде…
все живу в мечтах…

Болезнь такая — вера в чудеса?..
… показать весь текст …