— Я убил человека! — написал я первую строчку романа.
— Это хорошая строка, Юрий, для нового романа, ждем продолжения! — написал мне критик и зачем-то подарил мне топор.
— Отличное начало! — поддержал его второй критик и принес мне ружье.
— Ребят, да Вы что? — удивился я, не зная, что мне делать с подарками.
А мой лирический герой стал жить своей жизнью.

Мне надоел обычный виртуал,
Мне нужен сюрвиртуализм!
Чтоб мега-псевдобайтом стал,
Чтоб я себя не узнавал
В лжеотраженьях квазилиц…
Во мне есть архетип ребенка и шута,
Но в зеркале я — сволота.

Не стоит сразу прокладывать дорогу, сначала нужно протоптать тропу.

Человек — это обезьяна, которая сужает тему бытия до любви.

Человек — это животное, у которого все понятия подвешены.

Чем жуём, тем и говорим.

За правдой всегда идёт «другая правда».

«А вдруг» — плохой друг.

Жизнь всегда предупреждает.

Мысль измеряй сердцем, а не штангенциркулем.

Как рассчитаешь, так и сложится, если в расчёте есть ошибки.

Когда речь заходит о любви, в ботинках оказывается камешек реализма.

Малевич начинал с того, что рисовал Черные Квадраты на лавочках без предупреждения «Осторожно, окрашено!».

Чтобы начать мыслить, надо умерить свой пыл.

Я убил человека. Это я написал первую строчку романа. А вообще я — автор-исполнитель. Теперь мне эту строчку надо исполнить, так что — берегись!

Мысль — это бесконечный регресс к пустоте.

История без вымысла немыслима.

— Девушка, а что, если?
— Если что?
— Ой, девушка, извините, я передумал!
— Как? А мне уже интересно стало! Договаривайте, молодой человек, если что?
— А что, если познакомиться?
— Ааааа! Так это же банально! А я-то д умала, что у Вас если что поинтереснее!

Адекватность — в юморе.

Мысль обречена оставаться вечно сырой.