Те, которые носят костюмы, говорят о жестокой войне… Те, что утром задраили трюмы, чтобы вечером вскрыть «Божоле», спешно выпить за души убитых /если выпил — то, стало быть, чист/… Те, которые в сводках открытых не читают, что сводки про них — это мы, патагонское племя, нацепившее ризы богов, множим страшное, дикое семя на ладонях шести островов. Континенты смещаются к югу, рвёт экватор смеющийся бог и Бетховен последнюю фугу выдыхает в туман городов.
Завтра всё будет белым и чистым, пепел скроет все наши грехи: будет мальчик склоняться над Листом, будут девочки ноты просты. На рождественской синей открытке снег сойдёт на торжественный мир /может где-то замечется Шнитке белой бабочкой квантовых дыр/.

И надев дорогие костюмы, и на стол водрузив «Божоле» — не узнаем вовек, что безумны… мы, стоящие в общем костре.

Снова утро… ёрзало по стеклу…
Чашка кофе таяла на столе….
Жаркое стаккато «люблю, люблю»… Сладко просыпалось. с тобой… во мне…
Теплые ладони… в глазах рассвет.
Нежная мелодия наших тел
В мире, что рождался еще нас нет…
Уходящий мир пересек. . барьер
Волны простыней…, в сердце ураган
Глубже… глубже… ближе… еще… плотней…

Голова в тумане… Пьем вместе чай…
Кофе у постели…
Вновь ждет гостей…

Вышел в рай на часок, а в раю… ну почти как дома,
Только ангелы ходят, и всюду цветет черешня.
— Я, крылатый, вчера пил на казни святого Тома!
— Не слыхал о таком…
— Жаль, весьма симпатичный грешник…

— Ты спустись, посмотри, на Земле, может, он не помер.
Может, вы, как всегда, впопыхах не того казнили?
Или в ад загляни, захвати им бутыль боржоми.
От меня. Для здоровья полезно. Что б дольше жили.

Вышел в ад на часок, а в аду… ну почти как дома
Только черти везде, но знакомых мелькают рожи.
— Я, рогатый, вчера пил на казни пройдохи Тома!
… показать весь текст …

Пальцами плавишь кожу,
Жадно скользишь к бедру…
Знаешь… ты невозможен,
Я с тобой пропаду…
Пышет камин в прихожей
Стены темнит дымком
Бархатно греет ложе
Искры кладет ничком
Нам на ковре, уютно
Свечи, бокал вина…
Буду смела, послушна, —
Я от тебя пьяна!
Буду твой лед и пламень.
Терпкий и сладкий мед…
… показать весь текст …

Я засыпаю. как кот на крыше. и надо мною. торшером солнце.
а сон играет. со мною в мышки. а кран на кухне. и что-то льётся.
ну, а вобще то.блин.полнолунье.схожу с ума я. как поезд с рельсов.
и в зоне света. моих безумий. на счётчик гейгера. не надейся.
А сердце прыгает. словно мячик. воздушным шариком. вот вот лопнет.
и мне всё пОфигу. был ли мальчик. и кошки чёрные. чёрных комнат.
Я забиваю. я забываюсь. и всё отлично. хоть дождь и тучи.
Арабик взрывом.волной.приливом.ну.наконец то. привет!.. от …
… показать весь текст …

Я стараюсь о нас не думать,
Я мечтаю тебя не любить,
Я хотел бы на две с половиной минуты
Постараться тебя пережить.

Я хотел бы на солнечных скрипках
Написать много новых мелодий дождю,
И хотел от тебя бы отвыкнуть,
Только знаю, что я не смогу.

Отравить эту жизнь делами,
Просмотреть хоть один рассвет,
Но к тебе меня снова тянет,
Без тебя, меня просто нет.
… показать весь текст …

Ночь скользнет по губам,
И войдет в подреберье …
Я забыла слова…
Я не вижу преград…
Утонув в тишине, сонно кружатся тени
Наших душ голоса,
Наших глаз звездопад…
Обжигая любовно знакомою дрожью
Ты, выводишь узоры, врастая в меня…
Я пыталась быть дерзкой,
И грубой, и пошлой…
Только ты обнажил, все что истинно-я…
Разомлела душа
Растерялась от счастья…
… показать весь текст …

Сплетаю звуки словесной пряжи
Хочу звучать золотой струной
Под стон прибоя и лунных радуг
Под шепот ветра, в тебе, с тобой…

Не растворяя своих сомнений,
Не разделяясь на свет и тень…
Мы потерялись в двух измереньях,
Бессонно-сладких, шальных ночей…

Я обниму тебя теплым ветром!
Взойду на коже живой росой.
Я разукрашу цветы и небо…
Чтобы всегда быть твоей, с тобой

Ты тоже думаешь о нас?
Стихи читаешь сонным утром.
Пьешь горький кофе в ранний час.
На краешке рисуешь губы?

Ты тоже ночью, перед сном,
Желаешь мне «Спокойной ночи!»
И завернувшись «колобком»,
Вдруг засыпаешь междустрочно…

Непостижимо, сладкий сон,
Сметают доводы рассудка!..
И ты. выходишь на балкон …
Вдыхаешь воздух… сонный, хрупкий …
… показать весь текст …

Мне нравится дерзкий и пылкий мистраль.
Когда за бортом разыгралась стихия.
И брызги хрустальные, — жгучая сталь…
Вскрывают судьбы первозданные линии!

Мне нравится чайкой парить над водой
Быть центром циклона, магнитною бурей
Мне нравиться волн набегающий рой….
И бездны развергшейся сжатые скулы!..

Ты вместе со мной привыкаешь взлетать,
Ловить ощущений безумные мысли-
Отдайся стихии!.. Взорви этот ад !.
Что так опрометчиво назван был жизнью !.

Глазами, губами, ладонями…
По капельке и по глотку…
Её возбуждал, до агонии
До взрыва ее «немогу»
Сдавалась, терзала и маялась
И жадно входила во вкус.
Стонала, кричала, и каялась
Любви, познавая искУс …

Две нити сплела заговорами,
В клубочек старуха судьба…
В то утро с закрытыми шторами…
И глаз восковых образа…
Святая и вещая женщина…
… показать весь текст …

Пляши, пляши, мой печальный шут. Корми толпу и смеши людей.
На мостовой голоса и шум, и время бьется — сейчас и здесь.
Терпи побои, ты к ним привык — что сделать челяди площадной,
когда ты видишь такую высь, что не сравнится с их мрачным дном?
В тебе, насмешливом, хлещет жизнь — словами, горлом. Ты гол и нищ.
Держи ладони мои, держи, — через касание льются дни,
одни и те же — с тобой, другим, совсем другие — с тобой одним.

И смолкнут на мостовой шаги.
И голосов оборвется нить.

Но мне — с тобой, а совсем не к ним.

Чертишь круг — и его обязательно разорвут.
Вырываешься сам из чьего-то чужого круга.

Мы живем, как земные хоть раз на земле живут: друг о друге, но обязательно друг без друга.
В стенах города, в сцепке бетона и кирпича, в одиночестве писем, туманными вечерами
мы умеем терпеть, как пронзительно в нас молчат все такие, которых мы сами не выбирали.
Подыши за двоих, и да будет тебе светло. Не желающий счастья любимым — с собой лукавил.

Чтоб тебя обрести, как свободу, не нужен взлом.

Я могу тебя слышать эхом сердечных камер.

Из теплых нот, из лепестков и сот,
из перестука тихого камней
… показать весь текст …

Всё реже манят дактиль и хорей.
Всё чаще жизнь обветривает губы, когда в уют своих гиперборей влекут меня безумные суккубы. Души моей пустые невода давно не знали солнечного света. В глазах моих, в словах моих — вода. И всё-таки гнетёт меня не это. Он говорит: «уверуй — будешь свят». Он говорит: «приди и будешь вечен». Но, если я своей виной распят, то, значит, и платить за веру нечем. На всё, что мне отпущено — табу. И нет давным-давно былой отваги. И надо ли писать свою судьбу на выцветшей от времени бумаге?
О, Господи, прости мне этот грех: самим собой неправедно оболган, обманывая каждого и всех, я жил в чужих обличьях слишком долго. И бремя одиночества — итог. Хоть весь я, как и прежде, нараспашку…

на кухне чайным духом кипяток исходит через тонкий носик в чашку…

Закрой глаза.
Не думай обо мне.
Читай мои стихи по зову крови.
Меня здесь нет.
Меня здесь больше нет.
Я только звук в тобой спасённом слове…

Так видишь мир: мозаика и стекла,
лист, сложенный четырежды, по граням
слегка надорванный, слегка от пальцев теплый. Молчащий слышно, говорящий странно.

Так чуешь мир: как лезвие — до боли, за краткий миг до первого касанья.
Как вдох до взмаха, запах влажной хвои. Как свет сквозь щель, что цепко повисает
по центру комнаты, в ее стучащем сердце, или в стенных белеющих ладонях.
Таким прозрачным, что не опереться. Таким густым, что в красках этих тонешь.

Так знаешь мир: свободный, но безвольный, ничей и каждый, неприкаянный и нужный.

В котором восхитительно и больно,

когда впускаешь все, что есть снаружи.

Быть поднадзорным в собственной тюрьме, прислушиваясь к шорохам снаружи
к молчанию ягнят, которым лучше, привыкнуть к наступившей темноте.
В делириум сознания впадать, и в сумерках перверсии фантазий,
выкладывать себя из липких пазлов, и каждый раз один из них терять.
Чужую кожу по своим лекалам сшить, примерить перед зеркалом и снова,
кроить и перекраивать основу, выдёргивая спёкшиеся швы,
где мотыльки не знающие страх, из под руки вдруг выпорхнут случайно
на белый свет, распарывая тайну-
чужая кожа
жмёт в плечах…

Шли с мечом и с красным маком, шли тропой и без нее, у юродивых и магов под ногой земля гниет. Рассказал однажды кто-то, что привиделось во сне: лось проходит по болоту, а другим дороги нет. Приносили желчь и горечь, иссушали добела. Но держался крепко корень, жизнь алела, плоть росла. Бились с ней, мутили воду, упокоились на дне. Лось проходит по болоту, а другим дороги нет. Обернувшихся — зовите, остальным назначен день. Перед смертью каждый видел отражение в воде. Год по косточкам обглодан — поутру укроет снег. Лось проходит по болоту, а другим дороги нет.

В небо тянется и ранит, то ли будет впереди. Не задерживайся, странник, поскорее проходи. Здесь всевидящее око охраняет наш покой. Высока трава осока, не коснись ее рукой.

это слишком большое чувство — пережата рукой аорта.
это сны вперемешку с явью, это каменная стена.
мы всегда оставались нами — метким взглядом и высшим сортом.
что такого в нас изменилось и совсем изменило нас?

город в город летит стрелою, город к городу льнет, как плиты,
словно все подчинилось странным притяжениям на земле.
я всегда не тебя встречаю, но всегда с тобой прочно слита,
как две капли, вкус поцелуя, как знакомая много лет.
я всегда о тебе скучаю, я всегда по тебе пишу, и нас…
… показать весь текст …

Где-то в каком то лете
Материка времен
Кружится песней ветер
Шумно поет прибой…
Музыкой светлых радуг,
Сыплется на песок
Наших с тобой признаний
Вытканный поясок…
Розой украсит утро
Нежности бахрому
-Знаешь, я верю в чудо… — 
Просто тебя люблю!

Замочная скважина жизни…
Расставил нам сети инет.
Живем.поддаваясь харизме…
Блаженно не чувствуя лет
Нам так веселее и проще.
Глотать этот мир" на авось!".
Вот снова по скайпу- полоской.-
«Любимая… дома твой лось?»")))
А муж за спиною маячит
Не чувствуя. даже подвох
Жена. в маникюре. на даче…
А он ждет любимый пирог …
-«Пора собираться на ужин?..
Иди, дорогой разогрей!»
… показать весь текст …