Твоих волос касаться нежно
и замирать, и умирать
с тобою вместе, барсом снежным
по снегу на песке скучать.
И встать на ноги и не слышно
вдруг подойти, как тень скользя,
и быть охотником убитым
раз подойти к тебе нельзя.
Ползти, песок мешая с кровью,
едва касаясь ног твоих.
Ты это не звала любовью,
но я ведь барс для глаз чужих.
Могу я только так касаться
твоих волос и умирать,
… показать весь текст …

Прижаться к ночи, как к любимой,
еще не сказанной словами,
далекой, призрачной, забытой,
с такими нежными руками.
Прижаться к ночи, к изголовью
стихи сложить и сбросить мягко
весь день забот с такою болью
отдать в подарок ночи зябкой.
Упасть устало на колени
в траву, как в волосы густые,
и стать всего лишь тонкой тенью,
и говорить слова чужие.

Сны стекают в овраг за пустошью,
растворяясь в ночной тиши,
темнотой застывая душною
на потемках чужой души.
Не свались в эту тьму чернильную,
в эту яму, где черный свет
согревает лишь звезды синие,
и молчания больше нет.
Где раскрыты все рты беззубые,
где шуршащие по утрам
флейты Солнца и дня упругого
нервы рвущие пополам.
Где ласкаются сны к венчаниям
темных строк и святой земли.
… показать весь текст …

Это только блестящий шёлк,
или речь за стеной слышна.
и на знающих в жизни толк
опадают снежинки сна.
Это только звенящий свист,
от которого дрожь в ногах,
или сумрак шепчущий: вниз
опускайся, в том нет греха.
В этих сумерках злых богов,
в этих сумерках наших дней
остаётся так мало слов,
чьё звучание бьёт сильней.

Застывать нетронутой тенью
у скрипучих всю ночь дверей
и сидеть на последней ступеньке
на крыльце, только ночь темней.
В тишине не скрипят тротуары,
и калитка уже не видна,
в лунном свете гуляют пары
от крыльца и всю ночь до утра.
Двор плащами метут кавалеры,
рваным веером прячут лицо
дамы в этой ночи безмерной
и бездонной в тени костров.
И густое струится пламя
застывая витражным стеклом
… показать весь текст …

Пробежать босиком по закату
и упасть в темный омут лицом,
в сумрак мягкий, ветрами измятый
и забытый за нашим крыльцом.
Согревать эти синие капли
звезд на небе в полуночный час,
месяц юный считать очень жарким,
льющим синее небо на нас.

Она не касается света,
бегущая по дождю,
как тонкий осколок лета
(шаги у зари на краю).
Мечом прорубая небо,
от стрел закрывая грудь,
она не накормит хлебом,
не пожалеет ничуть.
Она, если будет надо,
разделит с тобою ночь
не страшную, а простую,
как неба ночного дочь.
Она едва ли узнает,
как ждут ее в эти дни.
… показать весь текст …

Ощущая пространство ночи
за закатом и слепком дат,
там, где ветер пройти не хочет,
и Луна не откроет карт,
на небесной зеркальной лодке
между сумраком и дождем
плачет ветер по сонным строчкам
и царапает день гвоздем.

И заброшены миражами
поезда в золотую ночь
и стучат по камням словами
те, кто просто хочет помочь.
Не пройти, не проехать дальше,
… показать весь текст …

Бежали легко по карнизу
две капли в полуденный час,
я думал, что вас я увижу,
а вы и забыли про нас.
Две капли упали на землю
так быстро и даже смешно.
А дождь был наверное первым,
кто стукнул про это в окно.

Каплями дождя туманы скошены,
срублены рассветом тени злые,
кони ветра по ночам стреножены
и у них копыта золотые.
Вьются по рукам, как настоящие,
мыслями наполненные крайними
змеи разума в молчании пропащие
и скользящие за золотыми тайнами.
Пробуждаясь кони от безумия
трогают копытом ночь вселенскую,
чуть вставая за весной июлями
и наивность пробуждая дерзскую

Все смывают дожди,
только Солнце и свет
остаются лежать на асфальте.
Если хочешь иди,
но пути дальше нет,
держат небо озябшие пальцы.
Все приходит потом,
осознание бед
и желание просто понять.
А пока за дождем
и сомнением нет
ничего, только верить и ждать.

А ночь ложится спать устало,
и закрываются глаза
под темным теплым одеялом,
когда уснуть еще нельзя,
и пропустить, как звезды гаснут,
как наполняется рассвет
каленым Солнцем в небе ясном,
и ночь дрожит, и боли нет.

1.
Омут опасен и омут бездонно
в темное небо глядит.
В омуте темном сонное Солнце
ночь от огня хранит.
Сонные капли сонного лета
бьются о берег в тиши.
Только на острове тихо плачет
пламя речной души.

2.
Синяя ночь и синие брызги
синей Луны по воде,
в омуте тёмном дыхание слышно,
… показать весь текст …

Ты не плачь, ведь Солнце упало,
утонуло в великой реке,
и дождя остается так мало,
только капля ползет по щеке.
Я к тебе подойду, не заплачу,
и опять обниму, как вчера,
просто так, на смешную удачу,
на огонь золотого костра.
Не смотри, не молчи, слишком долго
я тонул в синеве твоих глаз,
что ж ты плачешь, закат оболган,
он уже не забудет нас.

*************
… показать весь текст …

Раз холодный ветер ласкает плечи,
и снег наивно ложится в руки,
надеясь остаться до новой встречи
зимы и лета, и если брюки
разорваны будут зубами волка,
бегущего следом по краю ночи
из темной равнины в глубокие волны
леса которого знать не хочешь.

Стоя у леса не видеть моря
странно, у леса не видно края.
Стоя у леса под шелест снега
пугаться ночи не стоит, зная,
что ты не то и не так подумал,
… показать весь текст …

В коридорах таится сумрак,
мысли дня и ночные сны.
В белых платьях и темных душах
бродят серые колдуны.
Но дышать и играть привычно,
смех за окнами чист и смел —
это просто не так обычно
и касается тайных дел.
От шагов застывают тени,
могут стены годами ждать.
Декорации утро сменит
и поставит свою печать.

Я видел смерть, она сидела в красном
и пристально смотрела на меня,
медлительной казалась, неопасной,
как тень давно погасшего огня.
Я видел смерть, едва стены касаясь,
она была недвижна, холодна,
внимательно к постели наклоняясь
она хозяйкой в комнате была.
И тени слушались и замирали спешно,
от взгляда укрываясь по углам,
от рук холодных и улыбок нежных
и точных глаз прикованных к стихам.
Была ли ночь, но вечность длилась вечно,
шаги слышны по лестницам уже,
… показать весь текст …

Сонным ветром закрыты ставни,
дома, можно сказать, что нет,
да и раньше скользили плавно
только двери, скрывая свет.
Гулкий шорох подъездов шатких,
стены в копоти свет хранят,
осыпается ночь внезапно,
с чердака (домовые спят),
рассыпается тонким словом
и золой на песок судьбы,
что хрустит по квартирам. Совы
здесь живут и чужие сны.

Я видел сон, и сон казался вечным,
как темным призрак проходил в окно
на край постели. Зажигались свечи
расставленные по углам давно.
И двигаясь за тенью поднимались
и опускались руки в этот час,
когда минуты с вечностью венчались,
и не было прощения для нас.
И говорить отекшими губами
пытался призрак и не слышал Он,
как день звучал на лестнице шагами,
и таял на рассвете мрачный сон.

Ты ведь только имя знакомое,
только шелест далеких волн,
только берег и место темное,
горизонт и небесный склон.

Только плеском ложишься на руки,
легким шелестом у реки,
там, где берег с обрыва падает
в золотые твои пески.