Чувствуя, что ты задыхаешься от любви, не пытайся перекрыть кислород любящему тебя…
Ведь всегда найдётся тот, кто сделает ему искусственное дыхание…

Не страшен враг, камни кидавший
Он ведь" любить" не обещал
Паскуден друг, ещё вчерашний
Врагу те камни подававший,
А ты ему так свято верил.
… и душу, ДУШУ открывал

Вещает осень азбукой морзе,
Вне зоны реалий абонент.
Пассажира снесло на полосе,
Не слышит звуков контент.

Были шансы, дежавю и отбой.
Фортуна развела сторонами.
Как арбитр присудила штрафной,
Летаргический сон между вами.

В ритме сердца блокада сбой,
Зарубцуется по форме ткани.
Утратив ‘скафандр' земной,
Душой уже — ‘марсианин'.
… показать весь текст …

Чувствуй душой, прислушайся к себе, наблюдай со стороны,
сразу не реагируй на то пишут и говорят, — чтоб понять суть
и нужно ли оно тебе.

Федор Земляничкин был счастливо женат уже почти четверть века. По крайней мере, так говорила его супруга Валерия Павловна Земляничкина, в девичестве — Грушина. Бывает, нальет Федору борща в тарелку, сядет за стол напротив, подопрет подбородок кулачком и смотрит как муж, похрюкивая, уплетает борщ за обе щеки.
— Счастливый ты человек, Федя, — покачивая головой, произнесет Валерия Павловна. — Всё у тебя есть: жена-красавица, хозяюшка, повариха, прачка, уборщица, швея, нянька, в конце концов. Всё у…
… показать весь текст …

Когда мечтаешь стать великим пародистом века,
Учти — важнее самому не быть пародией на человека,

Стена льда растёт от молчания и время определяет её
Толщину…
Бей ее молотом, хоть лбом, костры разводи, да хоть пожары,
А у времени тоже есть своя
Точка невозврата…

Я не гомофоб до тех пор, пока не размахивают куем как стягом, и не пытаются его сунуть в лицо моим дочерям и сыну.
Я не ксенофоб до тех пор, пока в моем храме не тычут мне в морду чужой устав.
Я не шовинист до тех пор, пока не плюют в мои доверие и доброту смачным презрительным плевком.
Как только нарушаются границы МОЕГО государства — я играю не по правилам.

Милая, оставь свою заботу,
Верь мне, все плохое — болтовня,
Что со мной творится — вряд ли кто-то
Знает лучше самого меня.

Не допытывай меня с пристрастьем,
Бдительность не проявляй свою.
Я всегда делил с тобою счастье,
Будет счастье вновь — не утаю.

Если же дарованную милость
Я тебе когда-то не открыл,
Значит, то что было, мне присни-
лось,
… показать весь текст …

Значит, после того, как я всех объездил и понял, что счастливых глаз мало там — в эмиграции, что когда мне говорят:

— Миша, Вы должны здесь, в Америке 3−4, а кто говорит — 4−5 лет — провести в дерьме, чтобы потом встать на ноги, — я думаю: «Зачем же там сидеть в дерьме эти 4−5 лет?» Может быть здесь эти 4−5 лет? Всё же вокруг своё… И рядом свои же сидят. И результат может быть интереснее гораздо: там же всё готово, а здесь-то всё надо. Поэтому отсюда когда человек уезжает — здесь такая дыра обр…
… показать весь текст …

Один человек пришел к старцу и сказал:
— Я хочу найти путь к Богу. Помоги мне!
Тот внимательно посмотрел на него и спросил:
— Скажи мне сначала, любил ли ты кого-нибудь?
Гость ответил:
— Я не интересуюсь мирскими делами, любовью и прочим. Я хочу прийти к Богу!
— Подумай еще раз, пожалуйста, любил ли ты в своей жизни женщину, ребенка или хотя бы кого-нибудь?
— Я ведь уже сказал тебе, что я не обычный мирянин. Я — человек, желающий познать Бога. Все остальное меня не интересует.
Глаза старца наполнились глубокой грустью, и он ответил:
— Тогда это невозможно. Сначала тебе следует познать, как это действительно, по-настоящему любить кого-нибудь. Это и будет первая ступенька к Богу. Ты спрашиваешь меня про последнюю ступеньку, а сам еще не ступил на первую.

Сезон волшебных вдохновений
И для поэзий, и для проз!
Не сосчитать стихотворений
О времени осенних грёз.

И каждый день другие темы —
То листопад, то дождь седой,
То окрыляют хризантемы,
То месяц спорит со звездой.

То побуждает взять бумагу
Густой серебряный туман,
Что бродит утром по оврагу,
Накинув призрачный кафтан.
… показать весь текст …

Сложилось ощущение, что молчаливое большинство- это те, кто подставляет щеки, а агрессивное меньшинство, кто с удовольствием по ним хлещет.

Ты мой родной, мой человек незаменимый.
Пускай твердят: «Незаменимых в мире нет».
Ты внешне сильный, но в душе такой ранимый,
Когда ты рядом, наступает счастья свет.

Когда грустишь, когда скучаешь или занят,
Когда уставший ты, порою даже злой.
Твои слова то греют, то смертельно ранят.
Но я всё также очень жду тебя домой.

Хочу, чтоб знал как для меня ты много значишь,
Пусть в твоё сердце моя льётся теплота.
Я твой приют, когда беда или удача,
Все испытания в этой жизни неспроста.
… показать весь текст …

Бывают вечера, когда хочу быть наедине с собой…
Люблю думать в одиночестве…

Невозможно научиться жить на чужом опыте, у каждого своя дорога, разная и особенная.

Я часто бывала в прошлом мыслями, чувствами …
Я перелистывала страницы жизни, написанные сотни тысяч раз, меняя в ней места, которые я считала неправильными! Я заменяла старую письменность новой, но напрасно … На написанных страницах жизни невозможно исправить ошибки … В поисках ошибок прошлого, некогда думать о будущем …
Пытаться изменить прошлое — это невозможно! Важнее этого, не испортить будущее! Лучше подумать о том, как творить лучше. Пройдет время и будущее уйдет в прошлое … Оно превратится в письменные страницы жизни, которые, несмотря на все усилия, будет невозможно исправить …

Ветер гуляет, ветер шумит,
В моей голове, будто море штормит.
Всё перепуталось, переплелось,
Пресное с горьким и кислым слилось.
То-ли бравада, то-ли пучина,
Ясного неба, злая кручина.
Только никак я понять не могу,
Что в этой жизни безумной ищу.
То-ли на этом, на том берегу,
Брошу в пучину, тоску я свою.
Медленно, медленно счастье плывёт,
Над горизонтом, солнце встает.
Будет и праздник, будет веселье,
Радостный пир и шальное похмелье.
… показать весь текст …

Ему исполнилось девяносто лет.

На юбилее он читал свои стихи.

Ему сказали, что он такой же дурак, каким был в пятьдесят.

Он страшно обрадовался.