От грустного до смешного — один шаг. Например, для нашего меломана это поставить песню Юрия Антонова «От печали до радости».

Диджеи и прочие меломаны призываются в армию через рейввоенкомат.

У греков от любви до ненависти тоже один шаг. Танца сиртаки.

— Бабы, поздравьте меня: наконец-то и я обзавелась трусиками танго.
— Мама, я тебе тыщу раз говорила: не танго, а танга.

Для спортсмена — разогрев.
Для писателя — предисловие.
Для политика — преамбула.
Для рыбака — прикормка.
Для военного — артподготовка.
Для гурмана — аперитив.
Для меломана — прелюдия.

Мы уже не созвучны.
______

Жить у тебя [т.е. у жены в Канаде] всё время я не могу: нашу эстраду на косых, больных, убогих я не могу оставить.

Если вдуматься в слова, то известная песенка бременских музыкантов «Мы к вам приехали на час, а ну скорей любите нас!» на самом деле — совершенно не о музыкантах.

Какой музыкальный коллектив откажется от аккордной оплаты труда?

Голос хороший, а слова — плохие.

Играющий на фортепиано может на самом-то деле не быть пианистом, пишущий в рифму — не быть поэтом, а родившая женщина — не быть матерью.

Известная с 1970-ых годов детская песенка «Папа может всё, что угодно» — на самом деле не про папу, а про маму.

— Бабы, а мой любимый бальный танец — «босАя снова».
— Мама, я тебе тыщу раз говорила: не «босАя снова», а босса-нова.

— Бабы, а мой любимый бальный танец — «в ту степь».
— Мама, я тебе тыщу раз говорила: не «в ту степь», а тустеп.

— Бабы, а мой любимый бальный танец — сальцО.
— Мама, я тебе тыщу раз говорила: не сальцО, а сАльса.

Раньше клали слова на музыку, а сейчас — кладут и на слова, и на музыку.

100 лет назад путь в звёзды лежал через тернии, сегодня — через постель продюсера.

— Я потеряла металл в голосе.
— У вас действительно металлолом!

Я знаю о шоу-бизнесе всё, вплоть до анатомических подробностей.

Её любимый композитор — Фредерик Шопинг.