Джангир

Адольф Гитлер не может быть хуже, чем его изображают или о нем говорят или пишут, в частности, авторы, проплачиваемые «особыми» финансовыми кругами, правящими балом через свою финансово-кредитную систему (ФРС), наживаясь на слабостях людей с августа 1914 года.

Мораль: Не нужно возможности человека втискивать в рамки законов человечества, а человечество в рамки отдельно взятого человека и тогда не будет никаких гитлеров и ФРСов.

Я некогда увлекался спиритизмом. Мои друзья-приятели вызывали духов Сталина, Ленина, Гитлера, Маяковского — в общем, великих и известных. По ответам духов у меня закралось подозрение, что те были вовсе не духи известных нам личностей, а какие-то приколисты. Так вот, я решил вызвать собственный Дух — из параллельного мира (это была моя гипотеза!), которому я задавал вопросы, связанные с моим детством. Ответы были правильные. Тогда я решил пойти еще дальше: в свое прежнее воплощение.

Вопросы и О…
… показать весь текст …

Теоретически, даже копейка — деньги, тем более, если, как говорят скупердяи, «копейка рубль бережет». Хотя, ясно, что бережет рубль — жадность крохобора, знающего цену копейкину.

Равенство — понятие условное. Скажем, мне равны сто человек по КПД, но я получаю з/п как один человек, а сто — как сто. Если я буду получать з/п по КТУ, то равенство прекратит свое существование, вернее, искусственное равенство. Я стану получать з/п как сто человек. Тогда мой материальный статус возрастет. Естественно мне будут подражать другие, пытаясь предвосхитить меня. Вообще, в конечном итоге, искусственное равенство приводит к саморазрушению в силу отсутствия конкуренции.
По сути, развал СССР произошел, вернее, происходил в течение многих лет в недрах СССР, благодаря искусственному равенству. А произошел как раз в тот момент, когда низы не хотели жить по-старому, а верхи не могли управлять по-новому. Вот, почему президент СССР сложил свои полномочия за своей ненадобностью.
Но стали ли лучше жить бывшие советские люди после развала СССР? Разумеется, большинство людей стали жить еще хуже, в угоду ворам, казнокрадам и аферистам. Вот, такое извращенное неравенство!

Имеющие не имеются.

Думаете, если бы не было человека, как разумной твари, то не было бы и смысла?! Да, смысл — это категория, точно также как и любой закон, существующий и работающий вне зависимости от воли человека. Смысл существует сам по себе и, скорее, он сам заставляет человека, как разумную тварь, себя обнаруживать в чем-то, что так важно для человека в целях его же выживания и саморазвития, равно и для полноценного существования.
В самом деле, не будь человека, смысл остался бы смыслом, но лишь с той разни…
… показать весь текст …

Скромность украшает ярких, блеклых же она делает еще более блеклыми.

Выражу уже давно избитую истину: «Смерти как таковой нет, есть лишь трансформация вещества и энергии».

Смерть происходит постоянно, без задержек — как отмирание клеток в живом организме. Да и вообще, смерть — условность. Смерть — это всегда частное самой жизни, где смерть выступает как один из элементов целого процесса, ибо все шириться и множиться.
Вот, такая правда, которую мало кто принимает, из-за естественного малодушия. Вот, почему люди изобрели религию, как инструмент и механизм поддержания веры в рай и ад, где первое выступает в качестве награды, а второе — как наказание. Сказки! Пусть дураки верят сказкам и ждут своего тупого рая.

Автор хорошо построенным словом воздействует на умы и настроения избранных, чтобы те, в свою очередь, формировали общественное мнение. Вот, когда проявляется АВТОР. ОСНОВНАЯ МАССА АВТОРОВ лишь формально авторы. Авторами могут быть такие как Толстой, Пушкин, Гоголь, Шолохов, Шекспир, Байрон, тогда как основная масса формальных авторов — лишь подражатели.
В Риме «авторами» называли полководцев, которые захватывали для Рима новые территории. Например, Гай Юлий Цезарь был не только автором «Записки о Галльской войне» — в этом случае он был лишь сочинителем — но был, прежде всего, автором в том смысле, что завоевал большие территории для Рима.

Чужое мнение мы ценим лишь тогда, когда оно не расходится с нашим собственным.