— Как ты думаешь, она снашается с этим псом или нет (судя по фото)?
— А где фото?
— А ты что, не узнала на фото себя?
— Что? Я с псами не фотографируюсь!
— Один ноль в мою пользу! Я взял тебя на понты!
— Аааа. Не хулигань! В интернете за такие вещи сразу попадаешь в бан!
— Жизнь — это мелкое хулиганство, расслабься!
— Аа, но оно неизбежно перерастает в крупное хулиганство, лучше не начинать!

У Белоснежки семь стиральных машин, поэтому она такая белая. А гномов она к себе не подпускает, чтобы не испачкаться.

Если дать картошке нож — она может почистить человека.

— Молодой человек, ущипните меня, пожалуйста, за нос!
— Девушка, а Вы что, так знакомитесь?
— Да нет, просто нос чешется, а лапки грязные!
— Девушка, но у меня тоже лапки грязные!
— Мужские лапки всегда чище женских!
…
— Ааааа. Я же сказала, ущипните, а не укусите!
— Девушка, извините, но я — людоед!
— А спорим, ты меня не съешь? На что спорим?
— Не съем, у Вас же лапки грязные!
— Фу! Чистюля!

Я помню мир до интернета,
Бумагу жрали с пиитетом,
Теперь все сели на диету,
Не для жуков теперь эта планета.

— Про меня-с у вас лучше получалось писать! Перешли на графомана Пушкина-с?!
Кроме того-с, мои тексты копируются и вставляются, и уникальность не теряется! — сказал мне Достоевский.
— Но перед тем, как откопать Достоевского, надо написать книгу «Как научиться копать Пушкиных» — сказал мне Белинский.
— Я убил человека, но потерял топор! — сказал мне Раскольников.
— Ой, ребята, Вы из позапрошлого века! Устарели Вы! — сказал я им и стал читать искать в лимоне сходство с Лимоновым.
— Скажите, а не чего глупея вы не могли придумать? Кроме как сочинять пасквили на знаменитых авторов, — сказали мне читатели.
— Ха, ха, ха! Залил контент! Если есть заказ, можно придумать и что-нибудь поглупее! — сказал бредогенератор.
— Тут проснулся, упав с кровати, вся майка в поту, голова трещит. Да, надо завязывать с киселём и переходить на лимонады. Кто-то мне сказанул не перечислять и я сменил тему фантазий.

— Паша, пришли мне текстовую версию твоей статьи!
— А сайт что, не читается? Он же у меня адаптированный под все устройства…
— А из него запрещено копировать и вставлять и даже не выделяется.
— Да, потому что это интеллектуальная собственность. Так заявлены права на использование текста. Его нельзя копировать и распространять, иначе теряется его уникальность.
— Вот если бы Пушкин был всего на одном сайте, он бы никогда Пушкиным не стал. Противоречие. Если я хочу быть Пушкиным, я должен разрешить себя печатать на всех сайтах, как Пушкина.
— Ааа. Ты Пушкин. Поздравляю!
— А ты никогда так Пушкиным не станешь!
— Вопрос о заработке на текстах — это профессия, а не хобби и обычное желание славы. Здесь очень много нюансов.
— Аааа. Так ты на текстах зарабатываешь! Значит ты уже Пушкин! А санитары про это знают?

Надежда — это безнадёжность с отпиленной «без».

Плюшевый мальчик затискал плюшевую девочку, и на небе появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Поэт ждал новой завязки продолжения сюжета.
На этот раз плюшевая девочка затискала плюшевого мальчика и на небе опять появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Поэту развязка показалась типичной и он решил изменить сценарий.
— Идёмте в химчистку! — предложил поэт плюшевым мальчику и девочке.
Но плюшевые игрушки боялись химчистки. Поэт стал их тискать и на небе появилось облако пыли.
— Пусть голова ево (её) пуста — зато ни вошки, ни глиста. — написал об этом случае поэт.
А тем временем смеркалось… Пыль оседала на затисканную плюш…
Впрочем, это уже совсем другая история.

— Привет! Обрадую!
— Радуй!
— Радуйся!
— А чему?
— А что, не чему?
— Есть чему!
— Ну вот и радуйся!
— А ты чем меня обрадуешь!
— А я тебе дала установку радоваться!
— Аааа. Спасибо! Уже радуюсь!
— Стой!!! Стреляю!!!
— Стою…
— Стреляю!

Человеческая судьба — это перебор недоборов и недобор переборов. Если я в матрице, то я искусственный, а если матрица во мне — то я не искусственный. Когда-нибудь не сработают кнопки «выйти» из всех программ и человек останется в виртуале и станет виртуальным навсегда. Девушки — это не изюминки для кекса и не смак для пирожков.

Никто не знает, ямой или горой станет неизвестный путь.

Девушка, у которой было две короткие юбки, мечтала сшить из них одну нормальную.

Минимализм, Фильтры артмодерна, фильтры постиронии, Новые мысли, Вызов на спор, Внедрение абсурда, Внедрение парадокса, Колаж абсурда, Коллаж парадокса, Метаморфозарт, Постгиперболы, постлабиринт, контравангард, контрабсурд, Логика абсурда, Парадоксологика, философско-литературный стёб, постпсевдологика, Абсурдные зарисовки, Постнонсенс, Гиперабсурд, гиперпарадокс, гиперавангард, гипериррационализм, гипернонсенс, гиперавангард, гиперметаморфозы, гипергиперболы, гиперпсевдологика, ультраабсурд, у…
… показать весь текст …

Стабильность — самый большой риск оказаться вмурованным в камень и опуститься на дно неподвижности.

Девушка, схваченная в мысли, делает философа мужчиной.

Топор у Раскольникова был на батарейках. Это был первый опыт Тесло в литературном творчестве.

Дураку нос прищемляют дважды. Есть только две вещи, которые никто не в силах избежать: это азарт завинчивания и азарт развинчивания. Из всех понятий имеют смысл только представления о том, куда потратить деньги, ибо все остальное, к несчастью, сводится к деньгам. Всё серьезное происходит по-пьяни.

Жизнь — это накручивание для раскручивания для напружинивания распружинивания осмысленной бессмыслицы. Не копай долго — закопаешься. Живи так, чтобы всё случайное оставалось неслучившимся. Частички добра состоят из элементарных частичек зла, которые нужно как-то отделить, чтобы стать более-менее добрым. Полбеды страшнее, чем беда.

Если ты ни в чём себя не проявил, никогда не поздно проявить себя в кладбищенском чёрном мраморе. Без камня в ботинке не станешь гением. Данетка — это девушка, которая всегда говорит «да нет». Беспредел — это безлимит на безумие. Ничто не бесконечно, кроме бесконечности беспредела.