Жалость делает жалеемого слабым, игнорируя его ошибки. Сострадание помогает, признавая ошибки другого.
Любовь сострадает несмотря на ошибки другого.

За веком мчится новый век,
Но стал ли лучше человек?
Не технологии решат,
Душа пойдет чья в райский сад.

Боря зрелища любил.
Хлеб, конечно, тоже.
И за «хлеб» на ринге бил
Зрелищно по роже.

Когда плаксивую Алену
Впервые в садик отвели,
То от воров в нем все сирену
Приобрели.

Понтушка Маша говорила:
— Все недостойны здесь меня.
А лет под сорок лишь скорбила,
На эго время обменяв.

Коль предаешь страну ты в малом,
То можно думать: «Что с того?».
Но коль таких, как ты, навалом —
То вместе будет — ого-го !

На рынке «Форекс» Александр
Все состоянье сколотил.
И с сим диагнозом в больнице
Год жил.

«У природы нет плохой погоды», —
Пел Жерар под нос, пока бежал.
А за ним возмездием от природы
След от лавы огненный лежал.

На мерседесе поп Борис
Являлся пастве из кулис
И так считал: болидом он За глупость паствы награжден.

Баранов хотел разбаранить бы я,
Но мне отвечали: «Как можно?! Нельзя!
Мы так боязливы, мы очень слабы…
Нам лучше — на бойню, не нужно борьбы!»

Гнались за цифрами разными люди,
Жизнь отдавая тем цифрам на блюде.
Нет в математике цифр души.
Ту теорему пойди докажи!

Променяли вечное здесь на скоротечное,
Позабыв про доброе, детское, беспечное.
Замарали чистое, не узрели ясное —
Потому жизнь кислая, а порой ужасная.

Торговые центры и банки повсюду —
Как новые храмы теперь они люду.
И, дух разрушая, стремятся опять
Они Вавилоны в миру создавать.

Великий великим себя не считает
И путь совершенства однажды познает.
А коль кто великим себя назовет —
Учиться по новой настанет черед.

Не клал вещи — не ищи, а поклал коль — не взыщи.

Долг стран, спасенных от фашизма, был так велик, что вместо попыток его оплаты они предпочли хулить страну-спасительницу — ведь нет моральной нужды оплачивать долги тем, кто стал твоим врагом.

Ложная культура делает человека слишком толерантным к мерзостям и слишком безразличным к достоинствам.

Как дерьмократии подвластны
Все неокрепшие умы !
Их взгляды дерзки, речи страстны —
Но не на благо их страны.

— В стране сей жить мне невозможно, —
Сказал Борис, — власть довела.
А у него коттедж и дача
Была.

Пусть я и не молод —
Но раньше то был!
Зачем же я юность
Свою пролюбил?