И падали на землю лепестки
Несбывшихся надежд и ожиданий,
Печалью серебрённые виски —
Отметка тех щедрейших подаяний,
Которыми и полнились сердца,
Поверившие в истинность приюта.
Не знавшие венчального венца,
Мы радостью обмануты минутной.

Какая легкость после бури,
Какой восторг и как светло,
Когда тебя нещадно гнули,
Но не сломали, как тепло,
Когда встречаешь человека
И понимаешь - этот твой,
Тебе назначенный от века,
Несущий радость и покой.

Зло проявляется не только в словах и поступках, они -то как раз могут быть нейтральными или показательно добродушными, зло ощущаешь на энергетическом уровне, и это помогает держаться от него подальше, но рано или поздно, оно скинет маску добродетели.

Ничего, что за окном всё серо, не соловушка, ворона голосит, я же знаю, есть на свете белом, те места, где море, там парит над волной безудержная чайка, золотится ласковый песок, и пестрит соцветьями лужайка, нежно обнимает ветерок, прочь уходят горечь и досада, и душа от радости поёт…
В общем-то для счастья мало надо, знать, что море есть и встречи ждёт.

Бывают дни — Небес благословение, так солнечно и чисто на душе,
не мучают тревоги и волнения, набившие оскомину клише, есть только миг — единственная правда, осознанное, важное «сейчас», слияние с природой, что отрадно, и мир вокруг чудесен, без прикрас.
Запечатлеть, надёжно спрятать в память, в тяжёлые минуты доставать и отпускать, всё то, что может ранить… В благое верить, зря не тосковать.

В некоторых столько дерьма, что умудряются под каждым кустом отметиться.

Сколько нас, терзающих Пегаса,
Перевравших Музы чистый глас,
На высоких нотах воем басом,
Но хотим, чтоб чествовали нас.

Приходит время сменить маршрут, довольно страшно, но где-то ждут, но где-то верят, сильней, чем я, что будет легкой моя стезя.
Собрав в котомку нехитрый скарб, всплакну, а толку? Нельзя назад, и так я долго здесь пробыла, повою волком, и все дела. Поеду к морю, чуть-чуть теплей, но слёз не скрою.
Среди огней, влекущих душу, мне не забыть, того, кто смог бы меня любить, но не сложилось, и чёрт бы с ним…
Я зря вам снилась, мой грустный мим.

За спиной мосты сгорели,
Ну и что? Иду вперёд.
Тот, кто ищет, в самом деле,
Обязательно найдёт.
Где-то есть иная пристань,
Дом у моря, я найду!
Я же знаю, счастье близко,
Вот к нему я и приду.

Я столько лет не с тем, не там…
Мирилась с участью проклятой,
Извечный стыд, укор, бедлам,
А ведь была, была крылатой!
Теперь мне ясно, в скорби суть
Вовек не сыщешь, я устала,
Мне крылья надобно вернуть
И вспомнить, некогда летала.

Снова властвует тепло — лето,
Обнадёжило весь мир светом,
После долгих холодов — счастье
Постучало мне в окно — Здрасте!
И в приветствие- букет яркий,
-Улыбайся, будет день жарким.
И запело про любовь песню-
Хорошо! Теперь поём вместе.

Знаю, что зря я пишу тебе, Мэри,
Разве проникнешь в закрытые двери?
Впрочем, неважно, ответа не жду, память бы, память мне взять за узду.
Ты и тогда за меня не держалась, что моё имя? Ничтожная малость, эхо забытого всуе, ну что ж… Ты не любила? Но это же ложь!
Я не сидел взаперти, моя Мэри, сколько девиц побывало в постели, даже жениться хотел на одной, может была бы прекрасной женой…
Мэри, я, честно, не помнить пытался нежность, с которой к тебе прикасался, только уже никогда, ни к кому не тяготел так, скажи — почему?
Что в тебе, милая, было такого, что вспоминал тебя снова и снова, и как подросток, молил о любви?
Мэри, хотя бы во сне позови.
Из-за дурацкой, нелепой ошибки, счастья лишила, лишила улыбки, чувства твои мимолётны, как дым, но на меня твой похож, Мэри, сын.

Жизнь всё равно одержит верх
И, смерть поправ, залечит раны,
И будет слышен детский смех,
Как эпилог всемирной драмы.
С дождями выплеснем до дна
Безумства горестей, ворвётся
С корзинкой ландышей весна
И явит радость, круг замкнётся.

«Всё будет хорошо!» Гласит табличка
В заснеженном по- мартовски лесу,
Ей вторит жизнерадостная птичка,
Тепло, как ни крути, но на носу.
Пусть под ноги мне стелется позёмка,
Растаяет снег, и вызреет трава.
Надежду обозначили так ёмко
Простые, очень нужные слова.

Когда буянит муж, я представляю, как лист осенний по реке плывет, красивенький такой, плывет и исчезает…
А муж пускай себе орет.

Внезапно жаркий май на Севере. Чуть отъедешь от города — снег, частично вскрытые реки, но лебеди уже вернулись, зайцы, ещё в белых шубках, лисы, голые деревья при 20 градусах тепла. И медведь, бродящий по дороге в аэропорт. Последний радует больше всего))

В пустопорожней бесконечной болтовне
Не сыщешь смысла, не старайся,
Когда пустое тщится вылиться вовне,
Вникать не стоит, отстраняйся.

а поутру открыть окно,
смеяться над былою болью,
все хорошо, мне все равно,
не вечно ж плакать над юдолью,
и громко петь, пусть невпопад,
на радость злящимся соседям,
отвергнуть персональный ад,
и в цирк отправиться к медведям,
а ночью гнать, врубить Пиаф,
забыть про время и спидометр,
и осознать, насколько прав,
тот, кто от горестей не помер.

Уходишь — темно и приходишь — темно,
Лишь хмурая серость заглянет в окно,
На часик, не больше, и сразу умрёт,
Отсутствие солнца надежд не даёт.
И бодрствуя спишь, и живёшь кое-как,
А кто-то считает, что солнце — пустяк.
Кому- то не в радость погожие дни…
Мне тьму озаряют проспектов огни.