Начиналось как-то так —
Жил был редкостный дурак,
Сердцем добр, в карманах пусто,
И с едой не слишком густо,
Из одежды только рвань,
Для других не жизнь, а дрянь.
Поглазеть любил на звёзды,
Вил для птиц, вот дурень, гнёзда,
В них никто не прилетал,
Впрочем, он не унывал.
Собирал зимой сосульки,
Детворе лепил свистульки,
Как ни странно, счастлив был,
В общем, парень не тужил.
… показать весь текст …

На мужа надейся, но сама не плошай, мужья приходят и уходят, а туфли хочется всегда, да и платьице тоже, и не одно, опять же, быть красивой нынче дорого, я как-то озвучила мужу стоимость похода в салон красоты, у него полгода глаз дёргался. И потому, как говаривал мой знакомый: — Работать, девочки, надо, работать. Олигархов на всех не хватит. А жаль.

Косметика, «пластика», пуш -ап — женские средства привлечения мужчин, за, что мы, девочки, неоднократно «биты»
Стесняюсь спросить, а виагра честнее?)))

Ковид — коварное заболевание, мучило, выкручивало, половина запахов исчезло, выздоровела! Напало кулинарное вдохновение, с утра хачапури по- аджарски, потом захотелось солянки, и нет бы в магазине ограничиться продуктами, случайно прикупила туфли, ботинки, джинсы, сумку, ужас! Солянку я сварила, конечно, но тенденция настораживает, чего ещё моя душенька захочет?

Я так любил Вас, три недели,
И пыл мой вовсе не угас,
Вы мне сказали: — Надоели!
Не ожидал, мадам, от Вас.
Я посвятил Вам песнь разлуки,
Хоть не Монро Вы, не Дункан,
А в благодарность мне за муки?
-Подите прочь, маньяк, болван!

Ты сияй, моя звезда,
Нам с тобою гаснуть рано,
Чуть поблекли, не беда,
Все же живы, как ни странно.
Биты, биты мы судьбой,
Да и Бог с ним, не ласкала,
Но давала быть собой,
Быть собой не так уж мало.

Однажды просыпаешься и понимаешь, всё хорошо, и боль твоя ушла, ты можешь петь, дышать, опять порхаешь, и манит даль, и вновь она светла.
Ушедших ты теперь не проклинаешь, смеёшься над наивностью своей, благословив, с улыбкой отпускаешь, когда-то нужных, но чужих уже людей.
Ждёшь Новый год, по-детски веришь в счастье, спешишь дарить, не ждёшь даров взамен, и точно знаешь, прошлый мрак не властен, и принимаешь благость перемен.

Волос долог, ум короток,
Бабы — дуры, что с них взять?
Им бы тщательно работать,
Печь, стирать, носки вязать.
Нет же, умничают, стервы,
Страха нет пред мужиком,
Бог создал Адама первым,
А" ребро" гнобит, дурдом!
Рассекают на машинах,
Вань, в парламентах сидят,
Им бы слушаться мужчину,
Роль одна у женщин — мать.
Ты прикинь, жена получку
Принесла, под стать моей,
… показать весь текст …

Просишь меня рассказать о былом,
Стоит ли слова вчерашний фантом?
Било, ломало, кромсало и жгло,
Выжила как-то, видать, повезло,
Пела, молчала, срывалась на крик,
После хрипела, но шла напрямик
Сквозь буреломы и топи из лжи,
Крепко держали страстей миражи,
Холодом правила, никла, скорбя…
Сердцем оттаяла, встретив тебя.

Гнев задетого самолюбия не только смешит и ужасает, но и обнажает суть пылающего «праведным» гневом.

Делясь с миром хотя бы толикой имеющегося, будь то финансовое или нематериальное, а потому бесценное — улыбкой, добрым словом, вовремя подставленным плечом, теплом понимающих глаз, ты никогда не обеднеешь, ибо всё возвращается сторицей.

Я люблю Вас, и Вы это знали
И шутили, что скоро пройдет.
Эта встреча дана Небесами,
А Господь просто так не дает.
Непонятно, чего Вы боялись,
Разве можно бояться любви?
Уходя, Вы со мною остались,
И в разлуке гремит «Позови»
Говорили, что будет небольно,
Я не верю, что Вам все равно.
Поиграли и хватит, довольно!
Вы себе хоть не лгите, грешно.

Тёплые дни для северянки желанное, но удручающее событие, душа томится, грезит о море, о пляже с белоснежным песком, о променаде в лёгком струящемся платье, о стрекоте цикад, о поцелуях под звёздным южным небом. Жмуришься блаженно, вот оно — давно искомое счастье… Очнёшься, ан нет, всё тоже, за окном каменные джунгли, работы непочатый край, до отпуска два месяца. В общем, одно расстройство.

Ничего не прошу,
Ни о чем не мечтаю,
И прекрасно живу,
Всё случится. Я знаю.
Для всего свой черед,
Для всего свое время:
И продолжить полет,
И отбрасывать стремя.
Наша жизнь коротка —
Тихий вздох на рассвете,
Яркий миг мотылька…
Наслаждаюсь и этим.

Раз морщина, два морщина,
Как же чудо крем?
Восемь тысяч! Чертовщина,
Толку нет совсем.
Лучше б детский я купила,
Стоит сто рублей,
Но реклама, братцы, сила!
Слёзы лей, не лей,
От морщин, увы, не деться,
Глупо горевать,
Есть одно простое средство —
Их не замечать.

Много готовить на Новый год не будем! Холодец, маленькую (как обычно килограмма на три) селедку под шубой, оливье (это святое) салат морской коктейль, салат с копченой курицей, нарезка мясная, нарезка рыбная, икра, рулетики, пару новых салатов (нужно же разнообразие) утка, мясо (сын утку не ест) торт, чуть-чуть горячительных напитков (вон батарея бутылок стоит), фрукты, мороженое. Числу к 5 января холодильник опустеет, может быть… Шестого сын подойдет и спросит: — Печенье когда печь будем, Рождество завтра, в доме шаром покати?!

Попечалишься немножко,
Что таить, и поревёшь,
Дорога к обеду ложка,
И назад не повернёшь.
Сколько было огорчений,
Но задор не истребить,
Веришь в магию влечений,
Держишь тоненькую нить
С громким именем надежда
И по новой сердце рвёшь.
После бережно, прилежно
На прорехи латки шьёшь…

Однажды ты справишься, убьёшь в себе любовь, приносящую множество страданий, и обретёшь желанную свободу.
Но какова цена в муках добытой отстранённости?
Холодное сердце и омертвевшая душа.