Красавицу юноша любит,
Но ей полюбился другой;
Другой этот любит другую
И назвал своею женой.

За первого встречного замуж
Красавица с горя идёт,
А бедного юноши сердце
Тоска до могилы гнетёт.

Старинная сказка! Но вечно
Останется новой она,
И лучше б на свет не родился
Тот, с кем она сбыться должна!

Она выглядит как Венера Милосская: очень старая, без зубов и с белыми пятнышками на желтой коже.

Кто имеет много благ,
Тем, глядишь, ещё дается.
Кто лишь малым наделен,
Тот с последним расстается.
А уж если гол и бос,
Лучше саван шей заранее.
Тот имеет право жить,
У кого звенит в кармане.

Без слов, без клятв целуй меня,
Не верю женским клятвам я!
Не нужно слов, — мне слаще их Тот поцелуй, что слил двоих.
Он мой, я наслаждаюсь им,
А слово — бледный призрак, дым.
* * *
О, вновь клянись, моя любовь,
Словам любым поверю вновь!
Склоняюсь я на грудь твою,
И мнится мне, что я в раю.
Продлится вечно — верю я —
И даже дольше страсть твоя.

Как ни ужасна война, всё же она обнаруживает духовное величие человека, бросающего вызов своему сильнейшему наследственному врагу — смерти.