Катерина Скабардина Столбинская

Мне оставьте мою недосказанность
и метафор тонкую вязь.
Пусть иду я с глазами, завязанными,
Ничего уже не боясь.

Мне оставьте мой путь извилистый,
И кудрей тугую спираль.
Я пришла к вам или приснилась бы,
Не навязывая мораль.

Мне оставьте мои искры радости
И изящество каблуков.
Отложу я мудрость до старости —
Украшение стариков.

Я тебя никогда не выдам,
Ни единой буквы имени не пророню:
Горстью семян рассыплю по книгам —
Запятыми и точками сохраню.

Я тебя никому не выдам,
Проглочу эпиграфы и пометки «Кате».
Они растут на спине? Погляди там,
Отчего так щекотно и тесно в платье.

И однажды, весной, наверное,
Пуховик разойдется по швам с треском!
Там с изнанки взошли первые,
Как подснежники, стихи в перелесках.

Просто смотреть друг на друга, если встреча нечаянная,
в средине книги читаемой
и отыскивать свои отметинки, рубцы и зазубренки,
оставленные прошлыми соприкосновениями.
Даже те два — от топора и бензопилы «Дружба».
Натянуть на них свои паутинки и
служить тебе
тем же — основой для гобелена.
Играя цветными бликами, лужами, нитками,
ткать узоры в молчании и с закрытыми,
доверять опять
некрасивую спину, китобоями битую.
Выткать, выплесть билет на маршрут «C добрым утром, Катенька!»
и встретить без всяких там «мало ли» —
… показать весь текст …

Лебеди

Спит.
Спит и спит,
Завернувшись в снега, Сибирь.
На столе: мед, лимон, имбирь,
Чай до черного дна испит.

А чем дольше, тем сон белей.
Стружку с неба смахнет февраль:
За спиралью летит спираль,
Разворачиваясь в лебедей.

Купола светлеют впотьмах,
… показать весь текст …

иду по брусчатке
и след похож
на миллиард подошв.
тридцать пятым размером пятки
целую сплошь
каждый щербатый камень
каждой трещине «аминь»
шепчу. прош-
лого не вернёшь
не пере-
лицуешь
хоть тресни
хоть у подъезда с оркестром
хоть тихой песней.
… показать весь текст …

Когда мне стукнет пятьдесят,
Мне возраст мой давать не будут.
Подкрашена, глаза блестят,
И все еще держу фигуру.

Держу уверенно я руль
Своей машины цвета вишни.
Я не могу назад свернуть.
Зачем напрасно жечь покрышки?

Дороги серпантинный ряд
Меня ведет к годам в сединах.
А мне — всего лишь пятьдесят!
А я — всего лишь посредине!
… показать весь текст …

В локальном водопаде с края кухни
Я мыла губкой голубого цвета
Тарелки. В них подсолнухи потухли,
Наверно, потому и нету света

В шкафу — парад фарфоровых планет —
Там ряд изящных белых блюдец,
В тарелках суповых «Italian Made»
По краю благородно серебрится lucis.

Подсолнухи — кровей простых,
китайских (стыдно признаваться).
У водопада на краю «Апсны»
Луна и я садимся затмеваться.

Близоруко глядит Шапокляк,
опершись щекой на кулак,
закусив свой нательный крест
на театр протестных действ.

Она б вышла туда, во двор,
заодно покричать «вор»
и другие плохие слова
про отобранные права.

Она сжала бы кулаки,
Зубы скалила: «Дураки!»
И грозила бы: «Ух я вам,
Кукловодам и глухарям!»
… показать весь текст …

Ноябрь замедляет шаг, и терем расписной
Шуршит опавшей в октябре пожухлой хохломой.
Полёвка, хвостиком махнув, разбила фаберже,
И две лисички взяли спички возле гаражей…
— Кто в теремочке том живет?
— Уханьский махаон.
И ловит баба, как сачком, его пустым ведром.

Кукурузник

Целый день над огородом
Кружит, кружит кукурузник
И рычит совсем по-детски,
Не спугнешь таким ворон.
Я ему махну ладошкой,
Подмигну двумя глазами,
Ну и что, что он не слышит,
Как кричу ему «привет!»
Потому что кукурузник
Отломил краюшку неба
И бросает крошки счастья,
Всем, кто открывает рот!