Ах, как достал Золовкина его босс
Но однажды Золовкин прочитал в какой-то газете, как японские клерки отводят свои самурайские души: у них в офисах вместо курилок оборудованы душеотводные кабинки, в центре которых стоят выполненные в натуральную величину ненавистные им японские начальники. Клерки бьют их кулаками и ногами, особенно жестокие метелят дубинками и деревянными самурайскими мечами. А потом, отмщенные, с легким сердцем и с новыми силами вносят еще больший вклад в развитие японской экономики, науки и культуры. Да такой, что Япония вон едва ли не впереди планеты всей по всевозможным показателям.
А наши или терпят, как тот же Золовкин, и работают в угнетенном состоянии, или же идут на крайние меры: напиваются и учиняют самосуд над тиранами-руководителями. Где уж тут быть каким-то серьезным успехам в социально-экономическом развитии государства?
Вот Золовкин и решил воспользоваться опытом коллег из Страны восходящего солнца. У него был знакомый скульптор-не скульптор, но неплохой таксидермист Сигизмунд Абакаров. Он изготавливал чучела из разных невинно убиенных или самостоятельно покинувших земную юдоль животных и птиц и приторговывал ими. Вот ему-то Золовкин и принес фотографию своего босса в полный рост и попросил изготовить точную его копию из какого-нибудь недорогого, но прочного материала чтобы этот вражина
Сигизмунд Абакаров, отставив в сторону недоделанное чучело какой-то выхухоли, выслушал путаные пояснения Золовкина. Хмыкнув, он критически посмотрел на снимок
— Это как? — не понял Золовкин.
— Ну проще говоря, по технологии мне нужен труп этого субъекта, — пояснил таксидермист. — Я его выпотрошу, забью наполнителем, высушу и пользуйтесь на здоровье!
Золовкин едва только представил, как Сигизмунд Абакаров своими мускулистыми волосатыми руками потрошит бездыханное тело его шефа, тут же чуть не лишился чувств.
— Нет, труп — это уже уголовщина, — придя в себя, пролепетал он. — Попробуйте все же сделать чучело по фотографии. Я хорошо заплачу… Да, вот в этом пакете одежда для него.
— Ну если хорошо… Тогда попробую. Приходите через неделю, — сказал таксидермист.
В следующую пятницу, сгорая от нетерпения, Золовкин был уже снова у Сигизмунда Абакарова.
Пробежав взглядом по полкам и столам, уставленным разномастными чучелами животного и пернатого мира, Золовкин спросил:
— А где эта скотина?
— Ну почему же скотина? — обиделся Сигизмунд. — Очень даже симпатичный господин получился.
И он стащил покрывало с возвышающейся в углу фигуры, на которую Золовкин поначалу не обратил внимания. Его взору открылся босс в натуральную величину, облаченный в старую золовкинскую пижамную пару и шлепанцы.
— Ну?!
Золовкин в такой момент всегда приходил в замешательство, потому что его внутреннее «я» хотело дерзко ответить
— Я вас не понимаю…
После чего, собственно, все и происходило.
Правда, сейчас в облике
— Как вам спалось, Алексей Юльевич? Как настроение?
— Ну вы, я вижу, поладите! — иронично хмыкнул таксидермист, все это время молча наблюдающий за своим странным заказчиком. — Вам как, завернуть его или же оба пешком пойдете?..