Наших родителей время.
Дождь стекает по крышам сонно.
Ты мне тихо тогда сказал:
«Ничего не бывает поздно».
Пахли дымом и «Казбеком»
Те дворы у ночной аптеки
И пластинка крутила век
На потёртом чужом «Рекорде».
Если мёртвые заговорят —
То, наверное, очень просто:
Про любовь, про сирень и май,
Про забытые перекрёстки,
Про письмо, что не долетит,
Про вокзалы и чемоданы,
И как сердце всю жизнь хранит
То, что было когда-то главным.
А под утро сквозь свет газет
И скрипучие радиоволны
Будет слышен далёкий свет
Старой музыки патефона.