Я тут задумался… Человечество веками занимается одним и тем же. Мы берем врага и начинаем его… красить. Причем, заметьте, совершенно бесплатно, не жалея импорта!
Это древнейший обычай, дамы и господа. Называется «имагология», хотя звучит как диагноз из районной поликлиники.
Раньше, в глубокой древности, всё было честнее. Если ты хотел напугать соседа, ты красил себя. Мазал лицо какой-то синей гадостью из лесных ягод, выбегал из кустов и кричал: «Ы-ы-ы!» Сосед пугался, бросал дубину и убегал. Всё. Вопрос решен. Минимум затрат, максимум эффекта.
Но потом человек поумнел. Он понял, что красить себя — это неудобно. Во-первых, щиплет. Во-вторых, жена дома не узнает, может и сковородкой огреть с непривычки. И тогда мы перешли на аутсорсинг. Мы стали красить его. Врага.
Как это происходит? Сидят люди. Спокойные, интеллигентные. Включают воображение. И начинают аккуратно, кисточкой, вырисовывать образ соседа из-за реки. — Ну что, — говорят, — какой он у нас будет? — А давайте нарисуем ему рога! — Мелко. Давайте три головы! И хвост. С кисточкой. — И чтобы он ел исключительно маленьких детей! Без соли!
И вот уже через неделю всё племя искренне верит, что за рекой живут не такие же Вани и Пети, которые просто хотят ловить ту же рыбу, а жуткие трехголовые мутанты, с которыми в принципе нельзя договориться! С ними можно только… ну, вы понимаете. Окончательно решить вопрос.
Понимаете, в чем гениальность? Человеку очень трудно ударить другого человека. Мы же все-таки существа с намеком на культуру. Но если тебе доказали, что перед тобой не человек, а помесь бешеного кабана с бензопилой… О! Тут рука сама тянется за тяжелым предметом. Это уже не драка, это дезинфекция помещения! Спасение цивилизации!
И ведь как стараются мастера! Какой полет фантазии! Причем чем ближе противник по крови, языку и привычкам, тем толще слой краски приходится на него накладывать. Потому что если не покрасить — не дай бог, в темноте перепутаешь и обнимешь как родного! А так — покрасил в ядовито-зеленый цвет, и сразу видно: чужой. Враг.
Древние египтяне, говорят, вообще рисовали врагов на стельках своих сандалий. Какое изящество мысли! Идешь себе на рынок за луком, а параллельно совершаешь геополитическую победу. Каждый шаг — триумф. Ноги устали, зато величие растет с каждым метром.
Мы так привыкли к этим малярным работам, что без них уже скучно. Нам обязательно нужен кто-то, кого можно густо вымазать черной краской, чтобы на его фоне почувствовать себя белоснежными зайчиками.
Только вот какая штука… Краска ведь имеет свойство осыпаться. От времени, от дождей, от простого человеческого общения. И когда она осыпается, мы с удивлением смотрим друг на друга и говорим: «Ба! Так у тебя тоже два уха? И нос посередине? И ты тоже любишь горячие пирожки?.. Слушай, а зачем я на тебя с кирпичом бегал?»
Но тут прибегают новые маляры с ведрами свежей эмали. И кричат: «В сторону, граждане! Не мешайте искусству! Сейчас мы вам всё заново объясним!»
И работа продолжается. Веками.

_______________________________________________
Формирование и гиперболизация (сгущение красок) образа врага — это, если не в курсе, древнейший обычай, однако здесь важно разделить буквальный и переносный смыслы.
В зависимости от того, что именно вы имеете в виду, исторический контекст будет разным:

1. В переносном смысле: создание «образа врага» (демонизация противника)

Если под «раскрашиванием» понимается приписывание противнику самых ужасных качеств, жестокости и неестественного облика, то это древнейший психологический и социокультурный механизм. В исторической науке это изучает дисциплина имагология.
Зачем это делалось: Человеку психологически тяжело убивать себе подобного. Чтобы снять это табу, противника во все времена «раскрашивали» в карикатурные, звероподобные или дьявольские тона. Врага лишали человеческих черт (дегуманизировали), представляя его абсолютным злом.
Примеры из древности: Древние египтяне изображали своих врагов на подметках сандалий, чтобы буквально попирать их каждый день. Римляне описывали варваров как полулюдей-полузверей, не знающих жалости и морали, чтобы оправдать их завоевание.

2. В буквальном смысле: физическое раскрашивание врага

Если речь идет о буквальном нанесении краски на тело или изображение противника, то здесь существовало два противоположных ритуала:
Нанесение боевой раскраски на себя: Воины древности (индейцы, кельты-пикты, германцы) раскрашивали себя, чтобы казаться страшнее для противника и транслировать символы смерти или тотемных животных. Юлий Цезарь в «Записках о Галльской войне» писал, что британцы красились вайдой в синий цвет, чтобы выглядеть в бою ужасающе.
Магическое воздействие на изображение врага: В древней симпатической магии существовали обряды, когда изготавливалась кукла или рисунок врага, которые затем «разукрашивали» (например, покрывали символической грязью, кровью, черной краской) или протыкали иглами, чтобы нанести противнику реальный вред.
Нюанс русского языка: «разукрашивать» или «раскрашивать»?
С точки зрения строгой современной лексической нормы:
Раскрашивать — это правильное и нейтральное слово, если речь идет о заполнении цветом контуров или изменении внешнего вида.
Разукрашивать — чаще имеет значение «чрезмерно или пестро украшать» (иногда с оттенком иронии или преувеличения).
Поэтому в контексте пропаганды и истории чаще говорят именно о «формировании» или «конструировании» образа врага, а если используют метафору с красками — то выражение «сгущать краски» при описании противника.