(Трагедия без слез в одном акте)

Действующие лица:
• ОЛДОС ХАКСЛИ — Архитектор иллюзий. Его взгляд — холодное стекло, за которым скрывается бушующая страсть к познанию.
• СУДЬЯ (ГОЛОС КОНФОРМИЗМА) — Олицетворение комфорта и искусственного покоя. Его мир — это стерильная комната, где смех звучит как треск пластика.
• ШЁПОТ ИСТИНЫ — Хрупкий звук, пробивающийся сквозь стены счастья.

СЦЕНА ПЕРВАЯ: ОБВИНЕНИЕ В БЛАЖЕНСТВЕ

Зал суда — это стерильная, залитая ярким, но безжизненным светом палата. Вместо окон — экраны, демонстрирующие вечное, беззаботное веселье. ХАКСЛИ сидит в кресле, которое само по себе кажется подушкой, набитой «сомой».

СУДЬЯ: Олдос Хаксли! Ты обвиняешься в уничтожении истинной человечности. Ты предложил миру «дивный новый мир» — мир без боли, без борьбы, без глубоких чувств. Ты заменил страдание счастьем, но каким? Счастьем от таблеток, от гипноза, от поверхностных удовольствий. Ты лишил нас права быть собой, права на выбор, права на свободу страдать и, следовательно, на истинную радость. Твоё пророчество — это не предупреждение, а рецепт добровольного рабства.

ХАКСЛИ: (голос его — спокойный, как бульканье жидкости в пробирке, но с оттенком грусти) Вы называете мою утопию рабством? А что тогда ваш мир, где страдание — единственный паспорт для входа в клуб «настоящих людей»? Я не лишал вас права на боль. Я предложил альтернативу — свободу от неё. Свободу, где счастье — это не цель, а состояние. Да, оно достигнуто химическим путём, через «сому». Но разве ваши «истинные чувства» не тоже своего рода химия? Химия страха, боли, разочарования? Я дал людям мир, где нет войн, нет нищеты, нет отчаяния. Это не рабство. Это — осознанный выбор. Выбор покоя.

СЦЕНА ВТОРАЯ: ТРЕЩИНА В БЛАГОПОЛУЧИИ

На экранах начинают появляться помехи. Звучит тихий, но настойчивый ШЁПОТ ИСТИНЫ, похожий на шелест страниц.

СУДЬЯ: Но какой ценой? Ценой разума! Ценой индивидуальности! Ты создал общество без искусства, без религии, без великих идей! Ты убил душу ради тела.

ХАКСЛИ: Я убил душу? Или просто освободил её от оков страха и боли, которые вы так цените? Искусство, религия, великие идеи — разве они не рождались из нашей потребности заглушить страдание? Из нашего стремления понять то, чего мы боимся? Когда боли нет, потребность в костылях исчезает. Я не убивал душу. Я просто убрал платформу, с которой её душили. Я дал людям вечное «сейчас», где нет сожалений о прошлом и страха перед будущим.

СЦЕНА ТРЕТЬЯ: ВЕРДИКТ БЕЗВОЗВРАТНОСТИ

СУДЬЯ: Ты обрек человечество на вечную младенчество! На поверхностное существование, где нет места развитию, нет героизма, нет истинной любви!

ХАКСЛИ: (смотрит на свои руки, словно видит в них только следы от иглы) Героизм рождается из страха смерти. Великая любовь — из страха потери. Я просто убрал объекты страха. Мой мир — это не конец истории. Это — другое начало. Начало жизни без страдания. Возможно, оно кажется вам скучным. Но посмотрите на свои «страстные» миры. Посмотрите на ваши войны, вашу ненависть, вашу боль. Стоит ли оно того? Я верю, что есть другая дорога. Дорога к спокойствию.

ФИНАЛ

Хаксли медленно встает. Яркий свет становится невыносимым. На одном из экранов появляется изображение безмятежной улыбки. Шёпот Истины затихает.

ХАКСЛИ: Возможно, мой мир — это ловушка. Но ваша реальность — это пытка. И я выбрал меньшее из зол.

Он уходит в яркий свет, оставляя зал суда в полной, стерильной тишине.
ЗАНАВЕС.