Тюльпаны
Смотри, февраль опять устроил
драму,
Рассыпал по проспектам свой
пожар.
Я покупаю их не маме,
не в дар,
А просто так, себе, как будто в рану
Вложить бинты, пока не зажила.
Тюльпаны.
Десять штук. Такие, знаешь, злые,
как будто их сорвали до утра,
И лепестки ещё полуживые,
И в горле — горечь, будто от вранья.
Их стебли — хрусткие, как чьи-то
обещания,
Как позвонки уставших от зимы.
В них столько нервного, больного
ожидания,
Что мы когда-нибудь научимся
прощаться,
Не разбивая вдребезги посуду.
Я ставлю их в стакан.
Пусть злятся.
Пусть будут.
Пусть смотрят на меня
своими ртами,
Тугими, алыми, как будто перед
криком.
Мы с ними так отчаянно похожи
временами,
Своим безмолвным, вымученным
ликом.
А завтра утром солнце их оближет,
И вскроются, как вены, лепестки.
И станет всё понятней, проще,
ближе,
И меньше станет суетной тоски.
Они раскроют нутряную темень,
Где бархат, пыль и чёрный шёлк
внутри.
И скажут: «Дура, ты потратишь
время,
Но всё равно, пожалуйста, смотри.
Смотри, как мы сгораем за три
дня,
Как пьём взахлёб, как тянемся
к окну.
Не бойся так же.
Не вини меня.
Иди.
Живи.
Хотя бы за одну».