Вы снова вышли из прошлого тумана
И я едва могу вас различить
Надеетесь, что вспомню юности дурмана?
Но не надеетесь, моё сердце не может это сохранить.
На вас смотрю, поднявшихся из мёртвых,
Вы в памяти моей и есть и нет
И грудь потрясена от воспоминаний совершённых,
Когда увидел вышедший на свет скелет.
И наряду с картинами счастливых дней,
И память тень любви упорно сохраняет,
И образ и слова прекрасные о ней,
И первая любовь воспоминанием сияет.
И боль ушедших дней во тьму,
Как в лабиринт безумной беготни.
Я помню всех, в прекрасные часы кому
Был явлен призрак счастья, бежали впереди они.
Вы все глухи к волшебным звукам песнопения,
Которые живой воспел впервые,
Не выскажут на это никакого возражения,
Восставшие из тьмы, но не живые.
Безмолвные аплодисменты ваши,
Живое сердце биться заставляют
И радуют наполненные чаши,
А я пою и звук мир жизнью наполняет.
Но вновь встревожила ушедшая давно тоска,
Ведь жил же тихо, рад был призрачном саду,
Теперь я вижу сад совсем издалека,
Как подошедший близко к Аду.
И дрожь берёт меня, слезами умываюсь,
И твёрдость вдруг ушла в мягкосердечность,
С реальностью, в которой жив прощаюсь,
О чём всегда мечтал и это тянет в бесконечность.
