За окнами белой шрапнелью метёт и метёт.
Все туже и туже из боли знакомой петля.
Вдруг гаснет лампада, качаясь, и меркнет киот,
и чем-то чужие из леса за дверью звенят.
И кажется всё — остановится, вмёрзнув земля.
Нет, то не апостолы с доброю вестью идут.
Их лики черны, исподлобья на окна глядят.
Похожи на сонмище бесов, а может Иуд.
Во взорах горящих ни веры, ни капли надежд.
Моё отраженье не лучше в изломах зеркал.
Чужие и серые. В складках древнейших одежд
у каждого спрятан ну, если не меч, то кинжал.