Серый войлок толпы. Алым маком колпак палача —
не оставит следов как обычно мясная работа.
Кружевную сорочку сорвут с белоснежья плеча
и глумливо принудят стихи прочитать с эшафота.
Родовое проклятье мои инфернальные сны.
Выползают ночами из пыльных столетних альбомов,
где глаза с фотографий истлевших огнями красны.
Смотрят пристально вслед… Черт возьми, мы едва ли знакомы!
У толпы сотни три одинаково скроенных лиц.
Никого среди них на меня хоть бы каплей похожих!
В небе алчная стая — приманкою я — чёрных птиц.
Холодок пробегает нервический — чувствую кожей.