Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Теперь я знаю, откуда берутся лошадки. Они выскакивают из твоих волос…
И, радуясь жизни, скачут по твоим лугам. А я ловлю их одну за другой и возвращаю в твою обитель. И они возвращаются, роняя слезы… В твое слишком тесное для них пристанище.
И только тогда… Когда становится неcтерпимо… И со словами «Люби меня, милый» ты отдаешься моим ветрам… Когда мы падаем в пропасть, забыв обо всем на свете… Твои лошадки, набравшись решимости, снова сбегают и мчатся куда подальше. Лишь бы — подальше… Теперь я знаю, откуда берутся лошадки…
Из Дальше!

Он умел
наслаждаться безумием,
нырял в жерло вулкана,
ломал молнии и небеса,
гладил пески и слышал дыхание камня,
разбивал стены вечности, извлекая
из деревянной гортани скрипки
счастливую музыку.
По утрам он играл с луной,
раздевая её донага и читая мысли…
Он вдыхал женщин ушедших в цветы
и свою невыносимую волчью осень…
И ещё одна мелочь…
Его ни на атом
… показать весь текст …

Об-
рывок афиши,
пес-забулдыга,
твой силуэт
у автобуса, дождь…
Это все, что осталось
от музыки

Я
болен
какой-то
еще неизвестной
еще неопознанной
странной болезнью…
Возможно я болен
жизнью

Крик длится сном: там лебеди бьются
о зеркало и никак не могут взлететь…
Там мёрзнет зима и плачет вода от боли…
Там высох огонь и падает радуга,
разбиваясь на тысячи чёрных осколков,
а под зонтом продолжается вечный
дождь

(Школа Верлибра Карена Джангирова)

Принимая
вызов вечности,
отвечаю ударом
пылинки

И тогда я узнал,
что ад — совершенное
зеркало

Из книги «ЕУ»
На берегу океана жили пингвины. Потом пришли люди и пингвины исчезли. Потом пришли беды и
люди пропали в землю. Следом исчез океан, улизнув в параллельную каплю. В результате по дну испарившейся капли деревянно гуляют пингвины и
всё не могут понять — почему?
Почему в Занзибаре осень?

Против нас
дороги и время,
против нас
ливни и громы,
против нас
ветры и снеги,
и всё же…
в ласковый полдень
только твои
небеса

(Школа Верлибра Карена Джангирова)

Бьюсь
в настежь открытые
камни, вдыхаю ветер
и ослепительно белый
голод

(Школа Верлибра Карена Джангирова)

Годы во фраках
от тех, что в лохмотьях,
отличаются только
фраками

Я устал,
Я очень устал,
Я бесконечно устал…
Я устал искать
среди множества слов,
среди множества букв,
среди множества множеств
тот самый последний,
тот самый единственный,
тот самый верлибр,
который научит
людей умирать
счастливыми

Если люди мечтают
(а люди мечтают)
значит где-то должна быть
Вселенная розовых
очень розовых
ласточек…

Думаю только о том,
как железные звезды мчатся
среди раскаленных сиреней,
падая в бесконечное «завтра»,
его не дождавшись…
Вспоминаю, в прошлом,
я точно такое
железо

(Школа Верлибра Карена Джангирова)

О чем ты, Женщина?

О, как много я знаю, читая тебя уже вечность… на языке говорящих дюн…

Но мое сердце не знает покоя, и я продолжаю смотреть настороженным хищником,
способным мгновенно превратиться в дичь…

И лишь потому что не знаю главного, самого Главного о тебе…

Ибо так предназначено свыше,

ибо так повелел Господь!

И мне остается одно —
… показать весь текст …

Умирая, цветок
никак не может
напиться

Во взгляде зверя,
как птица в небе,
кружится хищная
роза

По кромке сердец
летят журавли
к любимому небу…
И только люди
не могут вернуться,
уехав однажды…
Слезами берёз
летят незабудки
на белую душу,
от белого снега
до белого пепла
чужбины

Нежно
цветёт алая
роза в зубах убийцы
отпускаю всех птиц —
давит на плечи разлука
невыпавшим
снегом

(Школа Верлибра Карена Джангирова)

О,
как же
красиво
улыбается тело
той, что познала
грех