Это будет со мной, молодым или старым,
Будет осень… Мотая словесную нить,
Будет плакать перо, и придут санитары
В голубую обитель меня проводить.
За моею спиной свет останется душен,
Тускл и сер, и в ответ торопливым шагам
Я им буду твердить: «Преклонитесь, Я — Пушкин».
Но лишь только ковыль приклонится к ногам…
Успокоит обитель и душу, и тело,
И, меня повстречав, улыбнется сосед,
В простыне, словно в греческой мантии белой,
И застенчиво скажет, что он Архимед.
Это будет со мной, по тенистой аллее
Мы пойдем рука об руку, и разговор