— Давай, приезжай к вечеру, я пирог вкусный испеку…
— Не надо пирогов, у меня и так попа с джинсами в конфликте

ФИЕСТА
В лощёной тиши ресторана
Парит виртуозное трио.
Аккорды рояля учтивы
И трепетна дробь барабана.
Чуть хриплый пассаж саксофона
Ласкает изящную пьесу
Лихим бизнесменам от прессы,
Владельцу текстильной короны,
Любовнице члена конгресса.
Манерны, как светские франты,
Танцовщики-официанты,
А редкие вина и блюда
В старинной фамильной посуде
… показать весь текст …

—Все это помогло мне по-новому переосмыслить роман. Раньше я не задумывалась, почему этого героя зовут именно так, что значит то или другое. А когда узнаешь историю романа, его рождение через муки, пот, кровь и другие испытания, становится сложнее работать. Появляются вопросы: кто такой герой Иешуа? И вообще любовь ли это? Не все так однозначно.

Вот только что была кровь, а теперь тяжелый, горький, медленный яд течет в моих звенящих от напруги жилах. Пальцы сжимаются и разжимаются сами, ища чье-то горло. Ревность живет в самом низу живота. Там, где раньше жила нежность. Смерть, это как детская, мгновенно забытая, обида по сравнению с ней. Она не калечит душу, — она случается. Смерть, это когда кончается время. Ревность же длится и длится. Всё время. И конца ей нет и края. Как басовая подложка в джазе. Она есть, незаметная и основательна…
… показать весь текст …

-Что тебе от меня нужно?
-Ничего. Мне от тебя нужен только ты

(роман «Кулинарная книга»)

Обычно свое впечатление от прочитанного романа читатель выражает в нескольких словах. Так, может быть, и самим авторам романов стоило бы ограничиться несколькими словами? Проще говоря — афоризмом.

Адриано с сожалением сомкнул губы: на что только не идут женщины, лишь бы ощутить хотя бы долю свободы от мужской тирании. Так поступала Каролина, пытаясь разорвать путы жесткого контроля отца, так делает и Беатриса, вкушая радость от любовной победы. Но чем это может для них обернуться в этом обществе — подумать страшно! Ведь они могут стать гонимыми обществом. Развращенная женщина может спастись одним путем, который предлагает духовенство, — принятием монашества, что обрекает ее на вечное узничество.

© роман «Обрученные Венецией»

Роман расцвел в эпоху почтовых дилижансов, комикс — в эру аэробусов.
Если тенденция сохранится, времена межгалактических экспрессов могут
стать периодом ренессанса наскального рисунка.

Двери поспешно закрывались с глухими хлопками. На хромированных ручках, то ли как язвы на коже, то ли как ржавчина на металле, виднелись кровавые отпечатки пальцев. Двигатель тихо завелся и машина, резко рванув, тронулась с места. Лысые кусты и деревья мелькали на блестящих поверхностях кузова. Белая кожа сидений была сильно измазана кровью. На заднем сидении, неподвижно, лежали двое. Один почти свалился в проем, между задним сиденьем и сиденьем водителя, второй распластав руки и тяжело выдыхая,…
… показать весь текст …

«Из его уст слова „Венеция“ звучали с неимоверным грохотом, как будто он исходил с самих Небес. Паоло даже несколько завидовал такой неувядающей вере сенатора в могущество своей державы. В каждом его ударении, в каждом слове и звуке при упоминании о Венеции его голос пронизывали гордость и любовь в одночасье. Венеция — его душа, любовь, сила, в соитии представляющие собой нечто всевластное и неуязвимое. Именно такая преданность благоприятствовала сенатору на пути к его мечтам и желаниям.»

© роман «Обрученные Венецией».

«Роман — это донельзя расфокусированный афоризм».

" — Будь вы разумнее и сдержаннее, я бы посвятил вашу глупую голову в истинное положение вещей, — произнес отчаянно Адриано. — Но, боюсь, что подобная непредусмотрительность лишь разразит войну на пол-Европы!.."

Адриано Фоскарини.
© Мадлен Эссе. Обрученные Венецией. 2015

Морозный вечер спустился на землю, сковав ледяным дыханием. Где-то вдалеке слышался лай собак, а в холодном воздухе едва улавливался запах дыма. Под покровом тёмного леса было тихо и спокойно. Лишь иногда потрескивали сучья, да сонная ворона перелетела с ветки на ветку. Неподвижные звёзды сквозь верхушки деревьев заливали всё молочным светом.
Лёгкая тень незаметно скользила по глубоким сугробам, вслушиваясь в ночные звуки. Успокаивающие, наполняющее сердце сладко-горькой истомой.
Из-за кустов,…
… показать весь текст …

--- КУСАТЬ ЛОКТИ БЫЛО ПОЗДНО ---- Это хорошо, что некоторые неугомонные почтенного возраста агитаторы-политруки, радующие читателей своими однообразными политическими прокламациями, и не терпящие возражений, вспомнили про известного философа Александра Зиновьева. Под конец жизни он во многом пересмотрел свои взгляды и стал, например, к тому же Западу, где ранее получил приют и признание, более чем критичен. Вот поэтому стоит заметить, что и сам Зиновьев, своим по сути политическим романом-паскви…
… показать весь текст …

Все, о чем ты мечтаешь — это слава и власть. Ты не хочешь понять, что умение признавать собственные промахи и недостатки — это и есть твоя сила, ибо только так можно достичь совершенства!

— Поль, можно я задам тебе один вопрос? У нас роман?
— Я бы сказал, прелюдия к роману.
— Потрясающе.
— Прелюдия-это всегда часть романа, который вот-вот начнётся. Не забывай об этом.

И когда его не было рядом
чтобы ни делала
она ощущала глубокую пустоту
и себя лежащей на ее холодном дне
как рыба в пересохшем русле реки
которая молчала от того что умела говорить только с ним
и время от времени вертела хвостом
так
для проверки своей привлекательности.

(из романа «Кулинарная книга»)

Любовь — это наука, которую никогда не понять, сколько бы ни занимался.
(роман «Кулинарная книга»)

Женщины

Мне нравится что женщины есть,
что они существуют,
что вдохновляют не только на подвиги,
скорее на преступления,
мне нравятся женщины,
щедрость их чувств:
что они любят
при любых обстоятельствах,
оставаясь порой недолюбленными
(«Стихи для гурманов»)