Занавес

Всё происходящее здесь не имеет смысла. Или веруешь, или продаешь.
Занавес!

Иногда занавес на сцене Жизни не мешает,
а лишь только улучшает подготовку сценария жизни.

ХОЛОСТЯК

Вот уверяют, что — негодник,
Что попирается закон,
А я, как доедаю полдник,
Все думаю: ну, как там он?

Кто в холостяцкой той квартире
Ему сварганит бутерброд?
Расскажет — что творится в мире,
И как там русский наш народ?

Кто слово ласковое молвит:
«О чем задумался, дружок?»
… показать весь текст …

Не уходи со сцены жизни, не доиграв свою роль. «Жизнь — театр», — написал Шекспир, но мало кого провожают в конечном итоге аплодисментами.

После падения железного занавеса мы с удивлением осознали, что всё, что нам врали про Америку коммунисты, неожиданно оказалось правдой.

Рухнул занавес. И что же?
И решили господа:
Пропадать ему негоже.
Эй, подать его сюда!
Протащили по болотам —
Тяжеленный, паразит…
Между властью и народом
Он теперь у нас висит.

ЗАНАВЕС

Всякий раз, когда спектакль близился к концу, Занавес очень волновался, готовясь к своему выходу. Как его встретит публика? Он внимательно осматривал себя, стряхивал какую-то едва заметную пушинку и — выходил на сцену.

Зал сразу оживлялся. Зрители вставали со своих мест, хлопали, кричали «браво». Даже Занавесу, старому, испытанному работнику сцены, становилось немного не по себе от того, что его так восторженно встречают. Поэтому, слегка помахав публике, Занавес торопился обратно за кулисы.

Аплодисменты усиливались. «Вызывают, — думал Занавес. — Что поделаешь, придётся выходить!»

Так выходил он несколько раз подряд, а потом, немного поколебавшись, и вовсе оставался на сцене. Ему хотелось вознаградить зрителей за внимание.

И тут — вот она, чёрная неблагодарность! — публика начинала расходиться.

Весь мир — театр, и люди в нём — дебилы: слова выучить не могут, роли играют плохо, искренность на нуле, никакого наслаждения игрой.