Это страшно, когда тебя обнимают, а ты ничего не чувствуешь, как будто это вовсе и не рука на твоем голом плече. Это страшно, когда понимаешь, что вот сейчас кто-то хочет сделать тебя чуточку счастливее, чуточку нужной: он водит тебя в кино, кормит вкусным ужином и дает свои сигареты, а ты ничего не чувствуешь, хотя самой так хочется, и даже твоё краткое «Спасибо» лишено эмоций. Он провожает тебя до такси, целует в щеку и говорит: «Я рад, что увидел тебя», на что ты отвечаешь: «Да, я тоже», а сама думаешь: «Вот черт, я забыла зажигалку за тем столиком». Это страшно, когда после выпитого пива не кружится голова и совсем не хочется спать, а когда всё же засыпаешь, то видишь во сне кого-то другого, кого-то того, кто далеко, и дело вовсе не в расстоянии; ты смотришь на него, обнимаешь, а главное чувствуешь — чувствуешь именно то, что не возможно ни с кем другим, а с ним, с ним даже та, причиненная боль, так сладка.