Еще сентябрь стеснялся наготы,
Стыдливо проступала позолота,
И лишь над прудом надсмеялся кто-то
В порыве ведомственной суеты:
Спустил всю воду, как одежду сдернул,
И пруд стоял, потерянный, покорный,
И обнажались дна его черты.
И оказалось, что под той водой,
Которая нас нежила, качала,
В прохладные объятья заключала, —
Лишь глины с тиной неопрятный слой.
Но в мелкой лунке, где еще стояла
Вода, не покорившаяся враз,