Я на блюдечке с белой каёмочкой
принесу сердце чувственно-детское,
мне не стыдно — ни капли, нисколечко,
за желание истинно-дерзкое…
Хочешь, тать*, можешь ритмом прерывистым
восхищаться … иль брось на съедение
злым собакам, коль нежность вне милости,
и не светит звезда во спасение…
Пустота в четырёх стенах звонкая-
эхо плачется голосом истовым,
ниткой тянется линия тонкая
по ладони меж прошлыми жизнями…
В перекрёстках теряется истина,