Хорошего человека даже осенью плохая погода не портит. Идёт такой и приветливо всем улыбается. Если гуляет под зонтиком, конечно. Ну, а если без зонта, то ругается, само собой, как беглый каторжник.

Зависть — это тяжёлое безответное чувство.

Если в результате добро победит одно зло — деньги, то ещё ладно. А вот поражение второго зла — водки, будет совсем некстати. Хорошо что пиво — это не зло, а напиток, придерживающееся нейтрального статуса.

Когда ожидаешь хорошего, то чаще всего надежды сбываются реже всего.

Удалось добиться определённых успехов в деле определения успехов. Итак, отныне всё, что не оглушительный провал, относится к категории умеренных успехов. А небольшое достижение считается грандиозным прорывом.

Правду стараюсь говорить пореже. Зачем мне жизнь в окружении врагов?

А ничего страшного. Тот, у кого не получается жить в своё удовольствие, живёт себе потихоньку в собственное неудовольствие.

Реальность — тётка суровая. Её мечтами не подкупишь.

Не всё мне нравится. Но это не мои проблемы. Пусть то, что мне не нравится, работает над собой. Чтобы добиться моей симпатии.

Щекотка — это насильственный вид юмора.

Порой любовь приходит, а зачем пришла — не знает. Немного в сердце постоит, опомнится и поминай как звали.

К концу жизни у человека становится так много воспоминаний, что они начинают вытеснять реальность.

Если правду смешать с ложью в правильной пропорции, то получившийся коктейль понравится как правдолюбам, так и приверженцам вранья.

Буквам не очень нравится, когда их заключают в жёсткие рамки слов.

Вечность — это недостоверное понятие. Нет очевидцев, способных подтвердить её существование.

Объявление. Меняю два четвёртых угла на пятый. С доплатой.

Совесть хорошо устроилась. Ей последствия своих рекомендаций расхлёбывать не приходится.

Стоит невовремя моргнуть, как любовь с первого взгляда не состоялась.

Когда человек впадает в крайность, то там обычно не задерживается. А проваливается глубже — прямиком в неприятность.

Любопытному носу частенько достаётся. И это логично. Нос нюхать должен, а не соваться в чужие дела.