В тишине трудно думать. Мысли так шуршат, что трудно сосредоточиться.

А что если сделать что-нибудь на радость врагам? Может, тогда, обрадованные не на шутку враги, в дальнейшем будут враждовать с тобой безудержно хохоча?

Погода сегодня такая мерзкая, что на месте погоды мне было бы стыдно за такое безобразие.

Очень важна последовательность. Сначала надо поверить, а потом уже ждать. А то сначала начнёшь ждать, но окажется что ждёшь того, во что не веришь.

Да разве это вёсны? Вот раньше, помню, были вёсны. Если лужа, то по пояс, а если ручей, то с ног струёй сшибал.

Не могу сказать, что я большой любитель наступать на грабли. Но иногда так трудно удержаться.

Иногда аппетит приходит настолько позже еды, что за столом уже никого нет.

Торопиться надо даже тогда, когда никуда не опаздываешь. Пусть все думают, что ты по уши в делах.

Такое важное дело как похвалу себя другим доверять нельзя.

Если сознательно мечтать о чёрством куске хлеба, то макароны с сыром на ужин покажутся пищей небожителей.

Правду следует расходовать бережно. А то в старости станешь отъявленным лжецом.

Да что там песне. Иногда приходится наступать на горло своему молчанию, чтобы точно не проговориться.

До первой серьёзной ссоры отношения не могут считаться успешно установленными.

Люблю смотреть на циферблат сломанных часов. Сразу кажется, что время сломалось, и теперь можно будет жить до посинения.

Сильно удивлённого человека долго потом объяснениями отхаживать приходится.

Чем больше стремишься к идеалу, тем стремительней удаляется от тебя идеал куда-то в сторону горизонта.

Как в облаках ни витай, но жёсткой посадки в реальность не избежать.

Стыдно признаться, но у меня нет привычки признаваться. Мне кажется, что и без моих признаний мир выглядит довольно приятным местом.

Помню, раньше часто задавал себе вопросы. Но бросил. Не отвечает, сноб этакий.

Иногда хочется держаться подальше от всех соблазнов. Но вовремя спохватываюсь: такое желание — тоже соблазн.