Нас ждут великие дела! Ну что сказать? Пусть эти дела запасаются терпением.

Проявлять уважение лучше в темноте под одеялом. Засвеченное уважение может оказаться оскорблением.

Удачно считается такая встреча, при которой участники лбами не стукнулись.

Сомнения порождают тревоги, которые плодятся опасениями, которые чреваты лёгкой суетой вплоть до масштабной паники.

Ближе к старости человек начинает жаловаться на память. А потом и жаловаться забывает.

Если ставить перед собой невыполнимые задачи, то можно особо не напрягаться. И на упрёки резонно отвечать: «А что сразу я? Задача-то вообще невыполнимая.».

Люблю подумать в тишине о молчании, безмолвии и прочих антивербальных прибамбасах.

Иногда думать совсем не хочется. Тогда сидишь и думаешь: только бы не думать, только бы не думать…

Недоспелый запретный плод слаще переспелого разрешённого.

Иногда человек становится сутулым от непосильного груза надежд, которых на него возложили.

На чёрный день необходимо иметь солидные запасы отчаяния.

Не забывай: всегда надо помнить о главном. Но что является главным — у меня не спрашивай. Давно забыл.

Солидное молчание должно быть иллюстрировано важным видом.

Возможность, она, как презерватив. Ей можно, конечно, воспользоваться второй раз, но тогда существенно возрастает риск нежелательных последствий.

Откровенно говоря, откровенничать у меня плохо получается. Постоянно на молчание сбиваюсь.

Завышенные требования приводят к глубоким разочарованиям. Причём глубина разочарования прямо пропорциональна высоте завышения.

Проснуться первого января под новогодней ёлкой — это значит решительно подтвердить своё единство с природой.

Не особо жду наступление Нового года. Первые несколько дней кажутся новыми, а потом всё идёт по-старому.

Мало знать правила хорошего тона. Надо ещё уметь их тактично обходить.

Оставили в дураках. Обещали вернуться и забрать. Но я не такой дурак, чтобы верить такому обещанию.