Я оказался в каком-то мыльном пузыре. Мыльном. Но непроницаемом. Рвусь из него… толкаю руками мыльные стены, и, кажется, эта стена лопнет… разлетится на сотни радужных частиц. И я смогу, наконец, вздохнуть свежий воздух. Бех примеси тебя. Без твоего запаха. Без воспоминаний о тебе. И эта мыльная радуга даже поддается… прогибается под моими руками. Гнётся под моими немыми криками… Но всё тщетно. Отбрасывает в сторону. В центр этого мыльного ада.

Сосредоточие в одном человеке убивает. Нельзя. Нельзя растворяться. Нельзя впускать никого туда, где начинается край розовой незащищённой кожи взамен наращенной толстой брони.

Нельзя отказываться. Нельзя запирать себя в одном человеке и делать из него собственного идола. Умирать от пинка под рёбра. И воскресать от ладони на голове…

Нельзя. Подпускать настолько близко, насколько возможен твой внутренний зверь. Никто. Никто не будет с тобой нянчиться в этом сраном мире. Всем глубоко и давно на тебя посрать, кот. Пойми это уже. И успокойся.

У каждой встречной женщины… твоё лицо.

Девять часов. Пишет.

Музыка. Цвета ночи.

Третий по жизни. Лишний.

Воду. Камешек точит.

Или вода камень?

А ветер песками дюны.

В объятиях льда. Пламя.
… показать весь текст …

Не молчи. Всегда говори. Слепейший очень чутко слышит. Румянец щёк — в багрец зари. Кардиограмму сердце пишет. В тюрьме толкающий радист. Ни дня без стука не протянет. Лицо белее чем батист. Всосалась кровь как цифры в память.

Ежовый мрак привычно встретит. Радушно угощая всласть. Потеря в битве незаметна. Ровней стои, нельзя упасть. Собаки Павлова рефлекс. Привычка гаснет в двадцать первый. Реакция-малейший всплеск. Бим. Черное ухо. Верный.

Каплей тягучей. Больше. Жаждет дождя пустыня. В ночи одиноко сольфеджио. На губах сОлью имя. Гвоздём ржавым буквы. Безумие в пределах тяги. Удавка… Туго. Очень туго. Стоп кадр. Снято. Конец лунной саги.

Автоматной очередью по коленям. Визги пуль в промерзшей ночи. Застынет сердце барельефом. Сожмется до размера точки. Стреляй, не целься в молоко. Контрольный как прекрасно знаешь. Предсмертным сладким холодком: «Мой плюшевый наивный заюш…» Губами выстрели над ухом Целуя свой кровавый след Четыре пули в сердце глухо Под солнцем лишней квоты нет. По жизни как кошмарный триллер. Твой друг становится врагом. Любимая по факту киллер. Слабейший получает кулаком. Рахат-лукум — тираж «полынь». Свинец отныне просто милость. Надежды нет, и веры нет. Аминь. Звезда упала и разбилась. Осколками засыпанный манеж. Захлопнет пасть под свет софитов. Стреляй… Кромсай… Кусай и режь. GAME OVER. ЗАНАВЕС. ЗАКРЫТО.

Горько-кислой застыну росой. На промокших листьях калиновых. То ли нагий пойду. То ль босой. Я не помню себя. Даже имени. Кровяной бороздой на руке В час кому-то и кем-то назначенный. Отразится декабрь в окне. Ничего абсолютно не значащий. Нервы дёрнутся дичью под мышцами. Нагоняя давление в клапане. Друг для друга теперь уже бывшими. Мы записаны. Абракадабрами. Снова стих напоённый печалями Песней тяжкой слетит на листок. Стопроцентное непопадание. Плохо выучен давний урок. Но… Лишь парным движ…
… показать весь текст …

На гильотину пальцевой походкой. Четыре шага настежь проскользя Смешается коньяк с парами водки. Метаться смысла нет. Уже нельзя. Четыре шага хода до конечной. Звенит усами утренний трамвай. Кипелов пел об ангеле беспечном. Тут каждому своё: и ад, и рай. Всего четыре шага по наклонной. По краешку журнального стола. В ночи гитара вытворяет сольно. А раньше и напару ведь могла. Четыре шага пальцевым тандемом. А буква «ГЭ» под шахматным конем. Накрыло город одеялом белым. Наверно снег и в городе тв…
… показать весь текст …

Тише. Прошу, закрой. Ниткой скорее губы. Нервной пишу рукой. Почерком рвано-круглым. Просто прошу. Помолчи. Дай полноценно одеться. В латы. А в руки мечи. Красно-багровое сердце. Просто прошу. Не гляди. Скоро вобьется в привычку. Волком идти позади. Сутки по новому вычту. Просто прошу. Не мелькай. В клетках натружены нервы. Съел всех зайчаток Мазай. В солнце утратил веру. Просто прошу. Кислород. В сжатые накрепко зубы. В цифрах трехзначный код. Выльется в медные трубы. Просто прошу. Тишины. Тихий душевный нолик. В рамках холодной войны. Пудов на двадцать соли. Просто прошу. Успокой. Рваный сердечный тремор. Тёплой уставшей рукой. Пальцем. Нащупай вену. Просто прошу. Посчитай. Рваные синие нити. Тихо скажи:"Не скучай. Я на выход иду, простите".

Ты никак и зовут никто. Четыре сезона фильма подряд. Губы нацелены на молоко. В глотке по факту змеиный яд. Поднадоевший русский рэп. Разбавлен русской опять попсой. Взасос целуется с жизнью смерть. Правильно всё, всё хорошо. Ты никто и зовут никак. Просто пустое тело. Пятый по счёту в стае собак. Вооон та. Грязно-белая. Ты нигде и зовут никем. Где-то быть можешь точкой. Занудный, да. Реквием. Оскаленная морда волчья. Ты никем и зовут нигде. Просто обрубок кисти. Жажда. По колено в воде. Самоубийцы мысли. Ты зачем и зовут нибудь. Утро в глазницах ночи. Шарик серебрянный. Ртуть. Коты умирают молча.

Присыпет снегом печать хандры.
Тоска свернется кривой дугой.
Иду в пустыне поверх воды
Навстречу только с тобой одной.
При мыслях этих сожмется в нычке.
Шальное сердце пугливой ланью.
Remember_me. Несилён в английском.
Дрожит и жмется в ладонях пламя.
Свечой печальной под вздохом ветра.
Довольно грустной в осенней робе.
Тепло оставив кому-то где-то.
Под тройкой знаков в шпионском коде.
Мои следы в прокаленной ночи
Затопит криком безумной выпи.
… показать весь текст …

Страдающий от любви человек напоминает проколотый шарик — сколько не дыши, сколько не пытайся захватить воздух — всё тщетно. Ты пробит насквозь и никакие судорожные вдохи другим человеком, другими мыслями, поступками не забьют эту дыру. Но один лишь запах ее духов, один какой-то намёк на то, что ты всё же нужен… Был бы мгновенным исцелением. Но этого всё нет. И ты начинаешь загибаться… День за днём живя на автомате. А душа твоя осталась где-то там. С ней.

За словом знакомым тянет. Глаза снова ищут свет. Душа за душою. Манит. «Ну здравствуй скажу, привет. Как ночи в ноябрь тёплый? Давно не бывало так. Кошачий бочок удобный. Луна круглолика — знак. Смотри же скорее в звезды. Пасут там быка близнецы. Менять никогда не поздно. Подковы куют кузнецы. На счастье, удачу в жизни. На белые сплошь облака. Как в детстве посмотришь в призму: Полоска под цвет молока. И гладким удобным трактом. Под птичью с заливом трель. Печалиться врядли надо. Всё лучшее, только верь. Ещё впереди. Ты слышишь? Читай и смотри в небеса. По щечке поглажу. Тише. Ах синие эти глаза…»

И кажется, что всё… конец. Не будет больше… светлого. Полночные тона застыли… дымкой. А жизнь доска под шахматными… клетками. Баланс добра и зла довольно… зыбкий. Себя спасая — топишь… чужака. Волной безумства и желаньем… жить. Судьба на шансы жадна и… скупа. Пока есть силы, ты… плыви. Всегда успеется в… начало. Лишь шаг с балкона и… рестарт. Дыши. Счастье — оно в… малом. Иди вперёд и не гляди… назад. Всё прожитое там и… остаётся. Солью горькой со вкусом… перца. Шагай из тьмы под руки… солнца. Особенная у тебя… песня. Всплеском чувств круги на… воде. Осенним листопадом в… дождь. Чуть больше мира в слепой… войне. Чуть меньше рану выбьет… нож. Чуть мягче опускай на спину… кнут. Чуть крепче обнимай пока… близки. Всего немного. Всего лишь… чуть. В минор добавь своей… тоски. Осенней ветер режет… щеки. Колючий шарф ну как… палач. В осеннем платье ноябрь… мокнет. И дни несутся как безумный… мяч.

Уходя — уходи навсегда. Не делай резких поворотов. Опалит брови жаром от костра. День.два. Не вспомнят, кто ты. И имя порастет травой. Засыпет сны порошей снега. Как вечный странник и изгой. Как караван ушедший в небо. Дневник сожмёт страницу в горсти. Не веря в гибель полотна. Все сложное на деле просто. Тоска внутри достигнув дна. Забьётся в очумевшем ритме. Давая импульс проводам. Под иступленные молитвы. В огне души погибну сам. Сгорая на сосновых сучьях. Залитый нефтью и бензой… Прошу: найд…
… показать весь текст …

Каждый день мы совершаем ошибки. И в конечном итоге ошибки совершают нас. Такими, какими мы становимся после.

Ссорятся все. Но лишь между действительно родными примирение происходит незаметно. Стоит только протянуть руку и перестать городить баррикады.

Колючим шарфом душит пустота… В тиши, в дали от стука двух, но одного. И кажется обида… Подумаешь. ну как всегда. Но вдруг в момент не переступить порог. И любишь, и желаешь, и хранишь. Частицы по крупинкам в телефоне. Отлично знаю-к десяти ты спишь. Что не мелькаешь с сигаретой на балконе. И дым с твоих упрямых губ. Туманной и колючей спицей. Ползет по основаньям труб… Ну сколько можно с этим биться… Сейчас не время промолчать ЛЮБЛЮ. Внутри осина под Иудой гнётся. Все меньше времени на это оста…
… показать весь текст …

Погрузившись в человека, ты идёшь след в след за светом от него. И когда случается обернуться — там лишь тьма… И ты вновь бежишь за спасительным светом. Либо ломаешься и мрак съедает тебя.

Жизнь — игра. Переход с одного уровня на другой. Рождение. Детство. Юность. Зрелость… И обязательно нужно «сохраниться». Оставить себя в ком-то. Оставить свою кровь. Свой облик. Свой смех. Про которые будут говорить твоему ребенку: «А твой отец был точно таким же»… Нужно успеть. Прежде, чем шагнуть в неизвестность… И прежде, чем неизвестность шагнёт в нас.

..в конце концов нитка в игольном ушке все-таки заканчивается. Хватит остатка соорудить узелок — хорошо. Не хватит — весь труд насмарку. / так и в жизни.