Если бы каждый мог читать чужие мысли, было бы больше убийц.

Боишься —не говори, сказал —не бойся…

Всякий, кто хоть раз заглянул в стекленеющие глаза солдата, умирающего на поле боя, хорошо подумает, прежде чем начать войну.

У женщин всегда есть два варианта:
либо раздеться, либо одеться.
И всё! И всё!
Вся работа!
А мы-то ради этого на что только не идем: и рисуем, и компании создаем, и тексты пишем…
А она оделась и ушла…

Физически жизнь строится очень просто. Вначале тело заменяет мозги, потом мозги заменяют тело.

Нас не так интересует истина, как собственная проницательность.

Человек есть дробь, числитель которой то, что о нем думают другие, а знаменатель то, что он думает о себе сам, — чем больше знаменатель, тем меньше дробь

Боль теперь является частью счастья потом.

Водочная клизма. Тоже красиво, но как быть с закуской?

Жлобство — это не хамство, это то, что образуется от соединения хамства и невежества с трусостью и нахальством

Вот жизнь наступила. Похвастаться уже некому. Пожаловаться ― ещё есть.
Для рассказа об успехах нужен слушатель редкой силы и самообладания.

Афоризм примиряет нас с правдой, даже делает её живописной -он упаковывает её в очень нарядную фольгу.

Самообольщение —головокружение от неуспехов.

Спору нет, если ищешь, то всегда что-нибудь найдешь, но совсем не обязательно то, что искал.

Мечтай так, как будто ты бессмертен, живи как будто умрешь сегодня.

Чувство долга способно породить столько уродств, сколько не способны породить многие другие вещи с более страшными названиями.

— Что бы вы написали на своём надгробии?
— А вы проверили? А вы поднесли к моему носу зеркальце?

Трудно поверить, что огонь обжигает, пока не прикоснешься к нему. Зато потом все, что тебе скажут об огне, западет в самое сердце.

Даже в самой большой близости невозможно быть полностью вместе. Даже сейчас, посреди всего этого, есть какая-то точка, где мы одиноки.

Постоянная ясность сознания тоже может истерзать до отвращения.