В столовых Третьего Рейха четвертые сутки подряд, фашистов не вовремя кормят, они воевать не хотят. Страшно ругается Гитлер!, Гитлер кричит:"Капут!" Нацисты ехидно смеются и говорят:"Зеер гуд"

Весна соревнования у девок, кто быстрей!!! Наденет по короче, чтобы найти длинней!!!

У Гитлера в Рейхе много забот. То Мюллер гриппует, то Борман запьёт. Проблем нерешенных и там есть, и тут. И надпись на бункере: «Гитлер капут.»

И у дебилов бывают прозрения, когда вместо матов стихотворения. Лезут наружу мозги напрягая, и станет вдруг музой баба бухая!

Как же решиться на Это! Как же сказать себе Найн! Чтобы вовремя минета не напевать Рамштайн!

Кладу большие и малые «приборы» на разные стороны, кладу напрягаюсь и радуюсь такими большими просторами.

Мне трудно знакомится, да я уж отвык. Хотя вроде с виду нормальный мужик.
Но скачут лягушки за мной по пятам
И просят меня накати хоть сто грамм.

Третья мировая!!! А Мира нет!
Третья мировая!!! Финальный билет!
В этом шоу «Бои без правил», я как дурак на жизнь поставил.

Я долго дул в свою валторну, Вам Музой душу теребя! В ответ услышал хруст попкорна, и шепот :" вот поидурок Бля!"

Нет здесь истерик, и нету соплей!!! Всё это будет позже. Идут процессы гораздо сложней. Спокойно! Работают Дрожжи!

Разрулю своим рулём, любые ситуации. Вялый правда он, и в нём нет эякуляции.

Для чего люди бреют ноги? Словно веруют в чудеса, что не будут они бандерлоги, сдепилировав волоса!!!

В иных мы ценим лишь себя, и приняв в крепкие объятия. Клянёмся верности любя, не забывая про распятие.

Нами выбрано странное время, для того чтобы жизнь вдохнуть. И какое то вражье семя заставляет всё время свернуть. Не хотим ни любви, ни прощенья, только гоним себя на износ.
И отложен на полку забвенья, утомленный от нас Христос.

Мы сбросим тела, как одежды, отправимся снова домой. Несбывшиеся надежды пусть обретут покой. Теперь нам до них нет дела, у нас впереди только путь. Земное уже отболело, его нам уже не вернуть.

На тебе, как на минном поле. Что не тронь разорвёт на куски. Эх, нелёгкая ты моя доля, думал я вращая соски.

Прелесть волос каштановых, которых попробуй сбрей. Люблю вечерами разглядывать торчащими из ноздрей.