Под покрывалом плешивого прошлого,
где запах гари, колени подкошены,
рябь, бурелом и усталые лошади,
кто ты: принцесса иль принц на горошине?

Кто ты:

Резвый романтик «любовью» обученный;
маг-некромант, разгоняющий тучи нам;
гиблая особь без роду, без имени;
вялый турист, загорающий в Римини?

Кто ты:
… показать весь текст …

Больше мысли не иноверцы.
Вот и правильные слова!
Видишь ли, наконец-то, с сердцем
Стала ссориться голова.

Стали мысли мои трезвее,
Чувство реже теперь пьянит.
Я сомнения все развею,
Память сказок не сочинит.

Ты же самый обыкновенный.
Остальное я все сама
Сочиняла самозабвенно,
Словно выжила из ума.
… показать весь текст …

Не бойся идти вперёд,
Не пробуй проверить путь,
Удача тебя найдёт,
Когда-нибудь, где-нибудь,
Она идёт по пятам,
Не пробуй её поймать,
С ключами ко всем замкам —
Для тех, кто умеет ждать,
Ты только не медли шаг,
Сомнения отпусти,
Успех выбирает тех,
Кто счастлив уже в пути

Чёртово колесо

Колесо обозрения стало магнитом и злом,
имитацией взлётов со страхом упасть:
в высоту, несомненно,
скрипучие кресла везло,
но ремнями крепило к сиденьям балласт.

Металлический скрежет кабинки
забылся давно.
Современные выси прозрачны стеклом
и чертовски скучны.
Не колеблется крепкое дно,
время чёртовой ржавчины маслом стекло.
… показать весь текст …

И не слову служил и не свету:
то держал свои страсти в узде,
то на час становился поэтом,
то почти что ходил по воде.

Чаще всё-таки строил, чем рушил.
Реже всё-таки мстил, чем прощал.
И, как все неокрепшие души —
меньше чувствовал, чем ощущал.

Крибли-крабли. Ступай осторожно.
Крибли-крабли. По сонной реке.
Эти тени с тобою нарочно
говорят на одном языке.

Мое счастье — не иметь на сердце зла,
И растить внутри тепло, что топит лёд,
Пусть с обид горящих сыпется зола,
И любовь так благодатнее взрастает.

Мое счастье — свежий ветер по утрам,
Новый вкус приносит спелых перемен,
Только знаю, если копишь старый хлам,
Не увидишь те дары, что есть взамен.

Мое счастье — на жалея, отпускать,
Но бороться и держаться за своё…
Как узнать его, и выбрать, и понять?
С ним душа растёт, ликует и поёт!
… показать весь текст …

Ты не думай… я тобой переболел…
так уж вышло, что ослабла западня…
жизнь длиннее этой линии колен,
что когда-то так запутала меня…

Я теперь пустое место, я — ничто,
шишел-мышел, промежуточный финал,
ты ж другая, ты счастливей тех шутов,
кто твою постель за душу принимал…

кто-то счастлив, ну, а кто-то в стельку пьян,
слишком в стельку, чтоб не думать о тебе…
к чёрту, Лап… привет знакомым кобелям
и спасибо, что была в моей судьбе…

Жара. Город вымер. Асфальт раскалённый
Ещё не расплавился, но на пределе.
И жар источает он, определённо,
Такой, что возможны ожоги на теле.

В тени, как… в парной русской бани, к примеру.
В салоне же старого автомобиля
Без климат-контроля, кондиционера
Тепло, как в духовке. А может быть, в гриле.

Сейчас бы на пляж… Да какая там Ницца!
В деревню! На речку — и в воду по шею.
Невольно себя ощущаешь жар-птицей…
Поджаренной курицей, если точнее.
… показать весь текст …

Спадает пепел сигаретный
На край листа.
Вкусить плоды любви бессмертной
Твоя мечта.

Закутав худенькие плечи
В потёртый плед.
Поверь мне, время ран не лечит
На склоне лет.

Тропу избрала ты пророчью,
Любви — раба.
Писать стихи глубокой ночью —
Твоя судьба.
… показать весь текст …

Глаза — нефритовые чаши,
Трагизма светлого полны.
В строке ютится день вчерашний,
Там судьбы с былью сплетены.

Ты шла вершинами искусства
В тени своих ненастных дней,
Где несгораемые чувства
Скрывают проседи бровей.

Из бронзы вылитые фразы,
И жизни, верные слова.
Похожи фразы на алмазы,
С огранкой светлой естества.
… показать весь текст …

Я хожу по кривой — к тишине грозовой
Всё выводит меня кривая.
Человек дождевой, человек-часовой,
Из голодных дверей трамвая
Я грехи выношу и как будто спешу
И глядит на меня Грибоедов
Здесь, на Чистых прудах, где кончается шум
И куда я по осени еду.
Тут не то что уют, но хотя бы нальют,
Ведь у нас это форма нирваны.
Вон сидит Гумилёв, пьёт бессмысленный брют,
Здесь ему ни слонов, ни саванны.
Здесь, на Чистых прудах, тишь да гладь и опять
Гладит свет застоялую воду.
… показать весь текст …

ЗАБВЕНЬЕ
Как неба седина, и как свинец — забвенье.
Забвение молчит, как в космосе дыра.
В забвенье нет луча, нет боли, озаренья.
Забвенье — это смерть на кончике пера.
Век Пушкина ушёл
и Блока век —
в забвенье,
В забвение ушла история Руси.
Созрело среди нас манкуртов поколенье:
Как омуты глядят — о чём их не спроси.
Забвеньем поражён, как будто бы проказой,
Моей России лик, и город, и село.
Народ не прошибить
… показать весь текст …

Дремлю на сеновале. Пахнет сеном.
Поют собаки, брешут петухи.
Я вдруг почую сквозь меня,
сквозь стены
Как будто люди — ломятся стихи.
Они галдят, они перебивают
Друг друга.
Катят,
как байкальский вал.
К душе ютятся, споры затевают
И свары, аж дымится сеновал.
А я молчу, я строчками играю,
Но вдруг
стремнину высверка схвачу,
… показать весь текст …

МИРУ — МИР
Выпей да по-новому налей.
Если ж нет, то, значит, и не надо…
Ты осталась в памяти моей,
Словно невручённая награда.
Отзвенела тонкая струна,
Оборвав по-детски «тили-тили»…
Миром ли закончилась война —
Та, в которой мы не победили?
Где-то снова собирают рать.
И поскольку мы с тобой не пара,
Будем мы поврозь не ожидать
Нового внезапного удара.
Снова в бой — и нет пути назад?!
… показать весь текст …

Вся Москва на конфорке. Фонит жара,
Пробирает от рожи и до нутра.
Превышаем вдвое на лето смету.
В голове — Транссибирская магистраль,
А по ней в скелетоне летит мораль:
Навернулась, как хлебушек из пакета.

То ль погладить борщ и сварить кота,
То ль собрать из берзок рассейский танк,
То ли в Сызрань отправиться автостопом.
А вообще — капитальный идет ремонт
(Перебор проводки, водопровод)
Посреди необъятной несущей жопы.
… показать весь текст …

вот скажите по-честному: у каждого так бывает
что вселенная схлопывается до формата подпиленной табуретки
и ютуб не прет, и тик-ток не тащит, не лечат вайны,
а вконтакте вообще задолбал хуже горькой редьки
все что есть — нелюбимых размеров и нелюбимого цвета,
вроде в сущности не Иа, но как-то все я не знаю…
и ещё рыба эта
ну, та самая, которая гадость и заливная
триста раз все у всех перепродано и обменяно
настоящее эмоционально-душевное крепостничество
и как в песне у неслушаемой Арбениной:
нехватает катастрофически
хрен поймешь, правда, чего не хватает и где конкретно
на какой мозговой шестеренке сбой и в каком, блин, пазе
… показать весь текст …

Календарный счетчик бронепоездом в лето мчится.
Озверело звереет зверь, непевучи птицы:
Парко, липко, как в пластиковой теплице.
Что б ты выбрал, родной: Уфу или Ниццу?
Журавля по ленд-лизу или на вате синицу?
Ты чего, касатик: с жары не спится?
Встань с расхристанной раскладушки, хлебни водицы,
Закажи из Деливери «Спрайт» и пиццу
(А ещё в холодосе «Столичная», чтоб напиться)
И иди к окну, прожимая подгнившие половицы —
Глянь, как в мареве летнем туман клубится.
Заря-заряница…
Вавилонско-отечественная блудница.
Загляни в нутро: не в тебе ли закрыта её частица?
… показать весь текст …

Самолётом пролетает жизнь,
если выразится грубо.
Что поделаешь? Сильней держись,
сватья, мудрая родная Люба!

Кажется, открыла лишь калитку,
чтоб получше мир вокруг познать,
появился первый внук Никитка,
не успела оглянуться — их уж пять!

Время, время! Подрастает продолжение!
На твоей любви и блинчиках!
Поздравляю, Люба! С днем рождения!
Будь здорова! Живи долго! Счастья личного!

Лето моё, жеребёнок на тонких ногах,
пена небесная, солнца ленивая рыба,
как мне опять с твоего не сорваться обрыва
в долгие ночи, лежащие в долгих снегах?

Как мне остаться в твоей голенастой траве
там, у реки, в тишине-вышине камышиной,
с выводком глупых твоих желторотых кувшинок,
с ветром беспамятным в глупой моей голове?..

Время придёт, соберёт эти летние дни,
каждый рассвет, и закат, и луны половинку,
как землянику, нанижет потом на травинку
и убежит от меня — догони-догони…

Сколько сдержано слов, чтобы свет не задуть ими.
Но когда оставляю углы, где светло,
те слова, просочась между рёбрами-прутьями,
на меня поглядят — укоризненно, зло.

И вольются чужие слова в эту темень.
Не бегу — ну куда же сбегают от слов?
Всё вообще потому,
что без тех и не с теми,
потому что ушел из углов, где светло.

И хотя даже окна выходят на солнце,
но сомненье и горечь стоят поперёк.
В кружке чай еле-еле заметно трясётся.
… показать весь текст …