Я люблю осень. Напряжение, рык золотого льва на задворках года, потрясающего гривой листвы. Опасное время — буйная ярость и обманчивое затишье; фейерверк в карманах и каштаны в кулаке.

Привет, Андрей. Ну как ты там без нас?
Я вспоминаю прошлое сейчас.
Как вихрем ты ворвался в жизнь мою
И так легко разбил мою семью…

Влюбилась… Виновата, но потом
Любовь и слёзы горькие тайком…
Мирились, расставались и опять…
Я развелась, чтоб чувства не скрывать.

Настал сентябрь… Беременность моя
Врасплох застала, видимо, тебя.
Ты говорил: «Пойми, я не готов»
А я в глазах искала ту любовь,
… показать весь текст …

Как музыкальный инструмент,
В чехол запрячу свою душу,
Когда-нибудь придёт момент,
Её захочет кто-то слушать,
Когда-нибудь, наверняка,
Она очнётся вновь тревожно,
И чья-то тёплая рука,
Её коснётся осторожно.
И снова струны запоют,
Польются нежные напевы,
И снова струны оживут,
Всё это будет непременно,
Ну, а пока, ну, а пока,
Она в чехле своём пылится,
… показать весь текст …

Какая роскошь — быть не в моде
И жить, ни на кого не глядя,
И одеваться по погоде,
Не ради взглядов встречных дядей.
Прослыть не побояться дурой,
Не прибавлять платформой роста,
Не подгонять свою фигуру
Под «шестьдесят «и «девяносто «.
Веселой быть и самодурной,
Зевать, коль станет слишком скучно.
Какая роскошь — быть не модной,
А быть самой собою — штучной.

Ведь дело мужчин, пересилив тревогу,
Надежно держать чуть дрожащий штурвал
И молча глядеть на ночную дорогу,
Чтоб компас души верный путь указал…

(Ю.И. Визбор)

Всякий раз, читая воспоминания о каком-нибудь известном киноактере, мы обязательно сталкиваемся с рассказом о том, как незнакомые люди узнавали нашу знаменитость на улице. Юрий Иосифович Визбор не был исключением. «Борман!» — кричали мальчишки, всегда готовые бить фашистов; «Борман?» — озадаченно вздрагивали работники ГАИ; «Ой, Борма…
… показать весь текст …

Чужая злая воля

Они были уверены, что я ничего не слышу

ОНИ были в купе вдвоем и говорили об убийстве. Убить должны были меня. Они говорили спокойно, словно речь шла об усыплении чужой больной собаки или лишайной кошки. Догадывались ли они, что я их слышу? Нет, они были уверены, что я ничего не слышу. Но я слышал все.

Его не интересовали детали убийства, его не интересовало, кто будет это делать, он вынес приговор, и для него мелочи предстоящего не имели значения. Она же знала, что ей придет…
… показать весь текст …

Не стОит носить в себе обиды, обиды разъедают только вашу собственную душу и не причиняют никакого вреда самим обидчикам. Поэтому оставляйте всё содеянное ими зло, на их совести. Прощайте им их гнусность! Желайте счастья, поворачивайтесь и уходите с лёгкой душой.
*JW*

Господь Бог не может знать и думать о каждом из нас. Мы сами себе предоставлены. Я уверен, загробной жизни нет и не может быть. Нам дается только одна жизнь, которую мы должны прожить без черновиков, с первой попытки, пытаясь оставить след и быть счастливыми. Потому что потом у тебя не будет никакого шанс

Лицемеры — это такой сорт людей, которые делают вид, что
гладят тебя, в то время как вытирают о тебя свои грязные руки.

На подоконнике фикус, кошачий корм и валокордин.
Тот, кто держит более трёх мурчащих, как правило, спит один.
Тот, кто носит собакам косточки, сочиняет домики воробьям,
От того, как правило, веет горечью неустроенного бабья.
Вот у Глаши всё было. Муж, работа, первенец, младший сын.
Через сорок лет муж проснулся и просто ушёл босым.
Дети в дом приходили с парами «Мама, благословите».
Всех размазало, раскромсало по дольчевите.
Жизнь показалась ей делом навозного маленького жука.
Ну, не искать же з…
… показать весь текст …

В то время, когда THE BEATLES как группа медленно, но уверенно шла к своему концу, звезда Джорджа Харрисона только поднималась — и в этом есть своя логика. Окружающие настолько привыкли к творческому тандему «Леннон-Маккартни», что немногие замечали, что авторство нескольких отличных песен принадлежит молчаливому юноше-гитаристу с хмурым взглядом.

Представляете, каково было Харрисону слушать то от Фрэнка Синатры, то от Майкла Джексона удивленные вопросы: «Разве песню „Something“ написал ты?»…
… показать весь текст …

Ах, бросьте, бабоньки, твердить о возрасте,
мол, скоро тридцать, сорок, пятьдесят,
мол, одолели тяготы и хворости,
и муж храпит, и отпрыски грубят.
Ах, бросьте, бабоньки, грустить у зеркала,
разглаживать морщинки возле глаз.
Врут зеркала, что красота померкла,
врут зеркала, что молодость ушла.
Ах, бросьте о диетах, голодании
или о том, что лезет лишний вес…
Зачем себе придумывать страдания?!
Прекрасна жизнь и с весом да и-без…
А сделайте-ка лучше взгляд уверенным
и на лицо — неброский макияж,
… показать весь текст …

Старенькие вещи разбирая,
Что-то вдруг увидишь и вздохнёшь,
Эпизод из жизни вспоминая.
Светлый зонт напомнил летний дождь,
Что наполнил город ручейками,
По которым в туфлях не пройти,
Лес, корзины с белыми грибами,
Муравейник, шишки на пути.
Котелок напомнил о походах
И о посиделках у костра
В давние студенческие годы,
Где осталась юности пора.
Записная книжка со стихами
Гамму чувств наполнила былых.
… показать весь текст …

Ничего не храню… про запас…
Кроме разве… уютного детства…
Убегаю туда… каждый раз…
Когда хочется… просто согреться…
Искупаться в прозрачной реке…
Заплести… кукурузе… косички…
День прожить… без забот… налегке…
Позабыть… что бывают кавычки…
Не боясь… в омут… вниз головой…
Зная точно… там — звёздное небо…
И оставшись… с одною сумой…
Знать… что хватит… насущного хлеба…
Ничего не храню… про запас…
Кроме разве… уютного детства…
… показать весь текст …

Сочиненные евреями песни, вошедшие в «золотой фонд» советской музыки

Марш авиаторов

Этот марш, начинающийся словами «Мы рождены, чтоб сказку сделать былью», исполнялся на многочисленных официальных церемониях и парадах и был официальным гимном Военно-Воздушных Сил в Советском Союзе. Впервые был исполнен весной 1923 года. Слова написал Павел Давидович Герман, а музыку Юлий Абрамович Хайт. В активе Хайта великолепный романс «За гитарный перезвон» — один из лучших в репертуаре Петра Лещенко. Уро…
… показать весь текст …

Памяти Василия Шукшина

Ещё — ни холодов, ни льдин,
Земля тепла, красна калина,
А в землю лёг ещё один
На Новодевичьем мужчина.

Должно быть, он примет не знал,
Народец праздный суесловит,
Смерть тех из нас всех прежде ловит,
Кто понарошку умирал.

Коль так, Макарыч, — не спеши,
Спусти колки, ослабь зажимы,
… показать весь текст …

«Анна Монс — иноземка, дочь виноторговца — девушка, из любви к которой Пётр особенно усердно поворачивал старую Русь лицом к Западу и поворачивал так круто, что Россия доселе остаётся немножко кривошейкою» (Д. Л. Мордовцев. «Идеалисты и реалисты», 1878)… В конце жизни русского императора буквально трясло от одного упоминания фамилии Монс…

Разрушитель духовных скреп

В допетровской России личная жизнь монархов регламентировалась церковными канонами и, разумеется, не выставлялась напоказ. Разгул…
… показать весь текст …

Последний фаворит Екатерины Великой был младше её на 38 лет. Конногвардеец Платон Зубов был бледной тенью Орлова и Потёмкина…

Молодой человек, потанцуйте же со мной!

Даже великие эпохи не всегда завершаются красиво. Даже великие женщины далеко не всегда умеют стареть достойно. Екатерина Великая, чьё правление называют «золотым веком Российской империи», увы, не входила в число тех, кто принимает осень жизни, как должное.

Цепляясь за уходящую молодость, матушка государыня пошла обычным путём…
… показать весь текст …

Именно это я и называю любовью — когда оглядываешься назад и ничего не хочешь менять.

— Наставник! Я только и делаю, что подметаю Вашу лабораторию. Когда Вы начнете учить меня магии?
— Что же конкретно ты хочешь изучать?
— Алхимию!
— Иди на химфак.
— Ну тогда… Планетарную магию!
— Учи астрономию.
— Поднимать мертвецов?
— Медфак, на реаниматолога.
— Эм… Заклинания читать хочу!
— Начни с иностранных языков.
— Предсказывать погоду?..
— Метеорология.
— Ну хоть парочку фаерболов…
— Физика, раздел термодинамики.
… показать весь текст …