он говорит со мною на языке на птичьем.
он непрерывно чирикает всякую чушь о личном.
и я назначаю встречу в провинциальной кофейне,
где пахнет ванилью, где трезвым быть неприлично.
пытаюсь ему объяснить, что давно я не фея,
что я перешла в дан охотника из трофея,
что из пернатых милее мне чижик-пыжик,
как чистая водка вместо настойки шалфея.
а всё потому, что плющ на стене кирпичной
почти облетел и вошли в архаизмы спички.
что с прошлого нового года я перестала быть рыжей,
а стало быть вижу, кто принц, ну, а кто, — опричник.