А городу вдруг захотелось регаты —
И ливень не счёл свою помощь за труд,
И рыжий троллейбус, совсем не рогатый —
Скорее, ушастый — вставал на маршрут.
Мы были, любили и били баклуши,
А город купался в дожде проливном
И время от времени белые уши
Приветно мелькали за нашим окном,
Как будто троллейбус — какой-нибудь заяц,
Забывший перчатку, спешащий на бал,
И мы улыбались, ничем не терзаясь,
Покуда он дом наш, звеня, огибал.