Может быть, это и есть старость? Подкралась откуда не ждешь. Не физическое увядание, не интеллектуальный упадок, а просто иссякает жизненная энергия. Сталкиваешься с препятствием — и не возникает, как прежде, желания прыгнуть выше, чтобы перескочить через барьер. Хочется сесть, опустить руки и опечалиться несправедливостью мира.

Вот так ругаешься на него, злишься, злишься, иногда убить готова. А потом как-то взглянешь как он ест на кухне, посмотришь на его макушку, и такая она беззащитная, родная, сжимается все и думаешь: «вот идиотка»

Очень трудно отказаться от того, во что вложены большая любовь или большой труд. Это не жадность. Это самоуважение.

Если русских останется только один хутор, то и тогда Россия возродится.

Быстро все превращается в человеке; не успеешь оглянуться, как уже вырос внутри страшный червь, самовластно обративший к себе все жизненные соки. И не раз не только широкая страсть, но ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому разрасталась в рожденном на лучшие подвиги, заставляла его позабывать великие и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое. Бесчисленны, как морские пески, человеческие страсти, и все не похожи одна на другую, и все они, низкие и прекрасные, вначале покорны человеку и потом уже становятся страшными властелинами его.

Чем истины выше, тем нужно быть осторожнее с ними: иначе они вдруг обратятся в общие места, а общим местам уже не верят.

Всякому кажется, что он мог бы наделать много добра на месте и в должности другого, и только не может сделать его в своей должности. Это причина всех зол.

Едва ли есть высшее из наслаждений, как наслаждение творить.

Как ни глупы слова дурака, а иногда бывают они достаточны, чтобы смутить умного человека.

о Боже, как в Париж хочу,
себе под нос уже бурчу…
который год, никто не слышит…
лишь только дождь и тот по крышам,
стучит морзянкой
слышу… слышу…
тебе коль хочешь расскажу,
я там бывал,
а ты, гляжу совсем с Парижем не знакома…
увы!
Париж это истома.
Это прелюдия любви… и свеч, интимные, огни…
уйди зануда,
бередИть не надо душу и сомненья,
… показать весь текст …

Политика есть самое концентрированное выражение экономики.

Что же ты потупилась в смущеньи?
Погляди, как прежде, на меня,
Вот какой ты стала — в униженьи,
В резком, неподкупном свете дня!

Я и сам ведь не такой — не прежний,
Недоступный, гордый, чистый, злой.
Я смотрю добрей и безнадежней
На простой и скучный путь земной.

Я не только не имею права,
Я тебя не в силах упрекнуть
За мучительный твой, за лукавый,
Многим женщинам сужденный путь…
… показать весь текст …

У моего приятеля
В качестве воспитателя
Была — да славиться ей в веках! -
Бабушка, говорившая на пяти языках.

Бабушка не была ни переводчиком, ни лингвистом.
Она когда-то окончила институт благородных девиц.
Она ходила в халате, засаленном и обвислом,
Читала философию и не любила художественных небылиц.

Она читала беспрерывно, бессистемно, бессонно
(Дольше всех светилось её окно в темноте)
Маркса, Пифагора, Кьеркегора, Ницше, Бергсона,
Конта, Канта, Ганди, «Униту» и «Юманите».
… показать весь текст …

И открытий людских накопленье,
и расчёт, и святое прозренье
нас влекут невозвратным путём.
И когда-нибудь я да куплю-то
не собаку себе, а компьютер —
мы с ним общий язык обретём.

Душ родство непременно обрящем.
В мире, вечно куда-то спешащем,
вновь и вновь я опять и опять
нажимать стану кнопку за кнопкой —
словно в будничности неторопкой
псине за ухом нежно чесать.
… показать весь текст …

Кто-то стонет на темном кладбище,
Кто-то глухо стучится ко мне,
Кто-то пристально смотрит в жилище,
Показавшись в полночном окне.

В эту пору с дороги буранной
Заявился ко мне на ночлег
Непонятный какой-то и странный
Из чужой стороны человек.

И старуха метель не случайно,
Как дитя, голосит за углом,
Есть какая-то вечная тайна
В этом жалобном плаче ночном.
… показать весь текст …

Наверх, Вы товарищи, все по местам!

Последний парад наступает!
Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»,
Пощады никто не желает!

Все вымпелы вьются, и цепи гремят,
Наверх якоря подымают.
Готовятся к бою орудия в ряд,
На солнце зловеще сверкая!

От пристани нашей мы в битву уйдем,
Навстречу грозящей нам смерти,
За Родину в море открытом умрём,
… показать весь текст …

Говорит Москва!

АКТ О ВОЕННОЙ КАПИТУЛЯЦИИ
Подписание акта о безоговорочной капитуляции германских вооруженных сил.

1. Мы, нижеподписавшиеся, действуя от имени Германского Верховного Командования, соглашаемся на безоговорочную капитуляцию всех наших вооруженных сил на суше, на море и в воздухе, а также всех сил, находящихся в настоящее время под немецким командованием, — Верховному Главнокомандованию Красной Армии и одновременно Верховному Командованию Союзных экспедиционных сил.

2. Германское…
… показать весь текст …

Изгиб гитары жёлтой ты обнимаешь нежно,
Струна осколком эха пронзит тугую высь,
Качнётся купол неба
Большой и звёздноснежный,
Как здорово, что все мы здесь
Сегодня собрались

Как отблеск от заката костёр меж сосен пляшет,
Ты что грустишь, бродяга, а, ну-ка, улыбнись,
И кто-то очень близкий тебе тихонько скажет,
Как здорово, что все мы здесь
Сегодня собрались

И всё же с болью в горле мы тех сегодня вспомним,
… показать весь текст …

Страх сопровождает человека от рождения до смерти. Одни боятся пауков и змей, другие — замкнутого пространства и высоты. Бывают и совсем уж экзотические фобии, типа клоунов или зеркал… Современные психологи не в состоянии назвать точного количества фобий, присущих человечеству. Сбились со счета.

О мухах, микробах и кузнечиках

Никола Тесла был величайшим ученым и большим умницей, однако это не мешало ему до дрожи в коленях бояться… микробов. Он постоянно мыл руки, а заселяясь в отель, требовал,…
… показать весь текст …