Я помню мои дерзкие шестнадцать,
Тушь «Ленинград», лосины и начёс.
А эта тушь, должна я вам признаться,
Щипала так, что было не до слёз.
Мне мама запрещала красить ногти
И делать макияж, но, вопреки,
Я красилась, как маленький енотик,
И тайно надевала каблуки.
Губнушку КiKi отбирали силой,
И ставили в пример умытых клуш.
Ах, как же мне хотелось быть красивой,
Слюнявя «ленинградовскую» тушь,
Румянясь, как Марфуша из Морозко,
Я плакала и думала: «Когда