Куда бы ты ни шёл — ты окажешься в точке старта, ибо неподвижность вечна, а движение мнимо.

Люди живут, а чушистики белибердуют.

Нетрадиционное хокку
Нудистское кладбище,
Они все думают,
Что они на пляже.

Наш мир — это нудистское кладбище.

Кто обсуждает дела ночью тот темнит.

Истины и между строк уже нет — ее съели, съели книжные черви.

В процессе эволюции человек становится все прекраснее и прекраснее, но не удается спрятать хвост.

Новый Закон Мерфи — Всё делай так, чтобы потом нельзя было переделать, и переделывать не придется.

Фёдоров было два. Один писал романы, другой — писал в ведро. И оба были Достоевскими.
А если вы не можете отличить их друг от друга, то вы роман Достоевского, пять букв.

Я убил человека. (это первая строчка будущего романа, подражание Раскольникову Достоевского, написано сразу после прочтения «Преступления и наказания» с чувством себя как писателя, уже после этой строчки равновеликого Достоевскому.

Мир — это сосуд, чтобы не стать осадком в котором, нужно найти свой конфликт.

Пятое-десятое всегда лучше, чем что-то третье.

Он руку ей под юбку сунул,
Бубня и нехристя,
Она ужасно удивилась —
Чертя! Чертя! Пшол вон, чертя!

Отложи ютубе,
Отложи тик-ток,
Не тусуйся в клубе,
Подожди чуток.
Почитай романы,
Походи в музей,
Строй на завтра планы,
Выбирай друзей.
Если быть собою,
Будет мир светлей!

— Девушка, а можно с Вами познакомиться?
— Ты что? Никогда! Руку из-под юбки убери! Ааааааа?

Я, футболка, наблюдала эту сцену с безопасного расстояния, аккуратно повиснув на вешалке в магазине. Я всегда была рядом с ней — яркая, с веселым принтом, готовая стать частью ее образа. В такие моменты мне хочется шевельнуться, закричать, сказать: «Эй, я здесь! Я тоже важна!»

Я вижу мир через призму своего материала. У меня нет глаз, но я ощущаю все. Я чувствую тепло ее кожи, когда она надевает меня…
… показать весь текст …

В преступлении важен не только мотив, но и аккомпанемент. Если ты попал в «никогда», знай, это лучше, чем попасть во «всегда». Человек или умный, как компенсация отсутствия силы, или сильный, как компенсация отсутствия ума? Сильная эмоция лишает осознанности.

Сращивание культуры и интернета ведет к перелому совести.

Когда все становится на свои места, лучшее место занимает неуместное.

«Я убил человека», как Раскольников из «Преступления и наказания». Достоевского.
*
«Я бросился под поезд», как Анна Каренина Льва Толстого.
*
«Я продал душу дьяволу», но я не повторю ошибки «Фауста» Гёте.
*
«Я сбежал от себя», но я не повторю судьбу героев «На дороге» Керуака.
*
«Я уснул и проснулся в другом времени», но я не герой Булгакова из романа «Мастер и Маргарита».
*
«Я стал монстром в поисках власти», но не как в «Макбете» Шекспира.
*
«Я потерял всё, что имел», но не как в «Гроздьях гн…
… показать весь текст …