Пишу зачем-то через силу,
Тетрадь из стопки вынимая,
Стих про товарища Гаврилу*,
Коль тема не идёт иная.
Я на вопросы не отвечу
Зачем и для кого стараюсь
В такой простой февральский вечер,
Очередным Гаврилой маясь.
Хотя бытует в массах мненье, —
Буксуешь если, жми на точку.
Во мне ж другое настроенье, —
Гаврилу выставить, как кочку.
Молчат психологи в тряпицу,
Большую видя в том проблему…
… показать весь текст …

РукИ врагам я не подам,
Хоть трижды пусть утопнут в речке…
Зато хожу частенько в храм,
В нём зажигаю две- три свечки.
В моём пустом большом дому
Лишь для меня хватает места,
Не предложу я никому
Кров разделить. Неинтересно
Мне чьи-то боли вынимать
При доверительных беседах,
Я не сестра им и не мать,
Чтоб растворяться в чьих-то бедах.
Я ни плохА ни хороша,
Живу как многие на свете…
… показать весь текст …

Дарила ты огромный мир
В своей заботливой манере,
Любви меня учила, вере,
То для меня был жизни пир.
Я в детстве думала о том,
Что не состаришься ты, мама,
И что твой смех, весёлый самый,
Всё так же будет слышать дом…
Затем в Москву я подалась,
И ты, как розочка, увяла,
Но наша связь не прервалась, —
Она другой немного стала:
По телефонным проводам
Слова любви твоей горячей
… показать весь текст …

Кому покажется дизайн
Бытийный угнетающим,
Когда на столике онлайн
Бутылочка, товарищи…

Не задаюсь глупейшим я вопросом:
«Куда девалось лето?»
Почему?
Учите географию, всё просто, —
В Москве не по комфорту быть ему.
Другое дело Мальта и Маврикий,
Там лето прописалось и живёт,
Хотите присоседиться, берите
Билетик на ближайший самолёт.
Я ж стану холодами пресыщаться
Московскими, они пока для всех,
За летом по цене мне не угнаться,
Поэтому топтать останусь снег.

Когда улетает орёл от орлицы,
Она, потужив о птенцах,
В зазывную позу пред мужем садится,
В его вырастая глазах.
И он, возвращаясь со страстью к орлице,
Впадает в орлиный экстаз,
О том, что птенцам будет нечем кормиться,
Он вспомнит один только раз.
В сто крат жальче мне представительниц homo*…
Мужья не оценят их поз,
Коль к бабам другим убегают из дома
В жару или в лютый мороз.

Ну вот и сорок… доползла почти до финишной…
Судья не счёл моё падение за слабость,
Хотя здоровье у меня хромает нынешней,
В глазах судейских почему-то вижу радость.
Теперь мне сорок… я как дыня перезрелая,
Желтею густо и скучаю на закате…
Хоть телесами мну постель я загорелыми,
Постель сминается, как ты, на автомате.
Ну, вот и сорок… задушевно не получится
Мне обыграть такую цифру -нет мотива.
Подозреваю, — предстоит ещё помучиться,
И потому я жгусь, как кактус и крапива.

люблю путану я алису
за труд советскими плачу
она кричит придурок старый
о евро что-нибудь слыхал

Замок заело прямо по серёдке,
Теперь и ни туда, и ни оттуда,
В полурасстёгнутом я платье, вся в подводке, —
Звала на помощь хмурого супруга.
В его шагах почуяв раздраженье,
Я платье пожалела раз двенадцать,
Супруг же прикоснулся с уваженьем
К замку, что не хотел мне поддаваться.
Молчанье между нами накалялось,
Нырнули руки мужа в вырез платья…
В тот вечер я, конечно же, осталась
Не только для грудей своих пожатья.

колбасу не ем я
вот уж десять лет
деньги есть желанья
отравиться нет

В сетИ общение на дОсочке на хлипкой
С тобой продолжили, молчание прервав…
Но ты, ликуя, мне поведал о Египте,
Мол, на работу полететь туда пора…
И пролилАсь в гортань мою спиртного мОкроть,
И поперхнулась я, пунцово покраснев,
И попыталась укусить себя за локоть,
Но написала: «Супер!, стула мимо сев…
В ответ читала строки я твои, бледнея…
А ты искрился фейерверком и не гас,
А я шептала:» Без тебя быть не сумею",
Поднявшись с пола и усевшись на матрас.
Прислав «пока», пошёл ты бодрою походкой,
Смеясь, Египет морем Красным зашумел…
… показать весь текст …

техники конечно
нам не занимать
и любя умеем
бить да убивать

глеб уничтожив переписку
сжёг по привычке все мосты,
но вдруг звонок раздался ночью
алло я катин муж ты труп

Легендарнейший царь Вавилонии*,
Чтоб страна его горя не знала,
Завоёвывал страны сторонние,
Их лишая бессовестно «нала».
Был горазд на придумки ужасные
Легендарнейший царь Вавилона,
Для пленённых смертельно- опасные,
Чтоб на троне сидел он не сонный.
Истукана златого высокого
Приказал царь спаЯть для потехи
И народу, от «радости» мокрому,
Бить поклоны ему, — не орехи.
И дудели повсюду глашатаи,
И кричали, мол, кланяйтесь, гады,
… показать весь текст …

триллион желала
я, моляся в храме,
и за сторублёвкой
уезжала к маме.

я посещу со сторублёвкой
очередной аукцион
пусть на меня посмотрят люди
и пусть от зависти умрут

согрелась катя выпив кофе
и ровно сутки проспала
на ковролине под эгидой
стола

У Марии внутри- мировой океан,
А у Шурика — грязная лужа,
Он (обычный болван по природе мужлан)
Был Марии задаром не нужен.
Но однажды стрелою любовной они
ПронзенЫ по весне оказались,
И зажглись и в Марии, и в Шурке огни,
И морские узлы завязались.
Не топила Мария супруга зазря
В океане своём буйноводном,
Но как только румянилась в небе заря,
Называла его бесподобным.
Ну, и Шурик ей доброе что-то мычал,
Не вычерпывал грязь из лужонки,
… показать весь текст …

Читала «Мадам БоварИ"* я две ночи,
Срасталась душою с героями,
Душа трепетала, но бедные очи…
Читать с телефона им трудно, короче,
Такого масштаба истории.
Но я, не в пример им, упрямая дама, —
Прочла до финала стоически,
Флобера** роман-эту жуткую драму,
Представив себе слишком всё панорамно,
Вживую увидев практически.
Читала «Мадам Бовари» я две ночи,
Завидуя звёздности автора,
Не зря напрягала, друзья, свои очи,
Душой окунаясь в словесный источник,
… показать весь текст …