Любовная поэзия должна следовать пути любви — кратчайшему, по прямой линии: от сердца к сердцу

Ткачиха-жизнь плетет свой многоцветный гобелен;
Узор орнамента его на вид случаен и не ясен.
Судьба с рожденья нас в суровый забирает плен,
И искушать её в желаниях своих не следует напрасно.

Четыре года жизнь днём и ночью не щадили сыны и дочери Отчизны славной, побеждая страх,
Чтоб в сорок пятом те, кто выжили в девятый майский день отпраздновать смогли Победу со слезами на глазах.

«Между великим и смешным один лишь только шаг»,
И носят головной убор один мудрец и шут — колпак.

И у искры есть свой звёздный миг.

По сравнению с любовью даже поэзия кажется прозой.

Звучит как парадокс, но все же это правда…
В любви, как и в вине — чем больше пьешь, тем больше жажда.

Всем недолюбленным сердцам, недолюбившим,
Я строки посвящаю: брошенным и бывшим.
Вы одиноки и грустны и в душах пусто,
И больно так по вечерам и ранним утром.
Проходит все, проходит все, пройдет и это…
И за зимой весна придет, и будет лето.

Едва ли дружба на Земле близка к тому, чем быть должна бы в идеале,
Иначе бы не людям незнакомым, а друзьям мы в горе свои души раскрывали.

Экраны телевизоров и мониторы компьютеров становятся всё шире, а кругозор людей всё уже.

В неволе птицы не поют, а если и поют, то редко.
А вот поэта хлебом не корми, но лишь не отпирай его страданий клетку.

Я не умею на флейте играть,
Нотных знаков не знаю основ.
Но могу я стихи писать,
Ощущаю я музыку слов.

Бесценен лишь один талант, ни с чем на свете не сравнимый,
— Талант любить, талант любить, талант любить … и быть любимым …

С судьбою в прятки не играй
Она тебя везде разыщет
Сегодня — Ад, а завтра — Рай,
Сегодня — Принц, а завтра — нищий.

Герой — это человек, которому не за кем было больше прятаться.

Попутать бесом может и путана,
Если думать о ней беспрестанно.

Ты лучшая из Евы сотворений, жемчужина Адамова ребра,
Источник дивных песнопений, слов нежных звуков серебра.
Ты романтическая муза, Эрато и Эвтерпа моей жизни дней,
Дитя любви и доброты союза, будь счастлива, мой сладкий соловей!

Опьяняет вернее вина это чувства волшебного зелье.
Его пьют, как в горячке, до дна, не страшась, что наступит похмелье.