Я обнимаю дождь.
Дождь обнимает меня.
Опять один.
Опять…
без Тебя.

Дорогу осилит ползущий, позже чем идущий, но с большей вероятностью.

Милая, я хочу растекаться
По изгибам, ложбинкам теряясь.
Мозга и тела.
Растворяюсь…
Потерянный Я.

Ждала, искала и звала.
Смотрела ласково и исподлобья.
Но не шла…
Навстречу.
Душа, помеченная дробью.

Ну вот, опять ты про осень, про дождь…
Расскажи лучше как ждешь.

— Моя кошка начала осваивать компьютер.
— Ну, и как успехи?
— Компьютерное кресло уже хорошо освоила.

Как донести до человека Слово?
Надо, просто, за него умереть…
Снова.

Что с людьми делают деньги и недвижимость, лежащие за рубежом?
Раньше, свои его называли-Макар.
Я — Андрей Вадимович Макаревич.
Сейчас, они потихоньку ругают:
Так себе, Макар.
Я добавляю:
Так себе, Еевич.

Сейчас уже нет сомнений, что полжизни прожил.
Надежда осталась.

Некоторые женщины, после вопроса таксиста, вам куда?
Почему-то страшно краснеют.

Люблю стихи,
Чужую боль, смешавшуюся с моей, в душе.
Уже.

Время — собирать слова,
Время — разбрасывать камни.
Камни и слова,
Брошенные нами…
Возвращаются в лоб.

Менее продажная власть, это как?
Когда дешевле продается, или когда реже?

Семь дюймов отмерь, восьмой — отрежь.

Мне нравятся Твои слова. Недовысказанные…
Объятья.
Неуспевшее надеться, платье… Оно, так идет…
Дивану.

Если бы я был скульптор,
Я бы и из памяти и из снов,
Слепил бы тебя…
А я ?..

Ты пришла не «здравствуй»,
И ушла не простившись,
Извне.
Оставив, только следы пяточек…
На спине.

Не смотря на теплую красивую осень,
Идёт зима…
Не смотря на результаты референдума.

Художнику мешает стать великим, то…
что он часто путает палитру, с поллитрой.